Комната с призраками

Меня поставили в известность, что читатели получают от них удовольствие, следовательно, я достиг той цели, ради которой я их писал, и подробно объяснять в предисловии, зачем я их писал, не обязательно. Тем не менее издатели требуют предисловие, и мне кажется, что его можно посвятить ответам на те вопросы, которые мне обычно задают.

Первый: рассказываю ли я о своих личных приключениях?

Отвечаю: нет: за исключением единственного, специально оговоренного случая, где сон соответствует предположению.

Другой вопрос: пересказываю ли я чужие истории?

Нет.

Может быть, позаимствовал из литературы?

Кратко ответить на этот вопрос трудно. Разные писатели описывали ужасающих пауков (к примеру, Эркман-Шатрин в своем восхитительном рассказе «L’Araignee Crabe» – «Крабовый паук») и оживающие картины. С судебной лексикой конца XVII века и речью судьи Джеффриса я ознакомился в архиве Государственного суда, ну и тому подобное. Более всего изобилуют вопросы, касающиеся географии. Ежели кого-либо интересует, где происходит действие моих историй, сообщаю, что Сент-Бертран-де-Комманж и Виборг существуют на самом деле; в «Ты свистни, тебя не заставлю я ждать» я подразумевал Феликстоу; в «Школьной истории» – Темпл Гроу в Ист-Шин; в «Трактате Миддот» – библиотеку Кембриджского университета, а в «Мартиновом подворье» – Сэмпфорд-Куртнэй в Девоне; Барчестерский и Саутминстерский соборы являются гибридами Кентерберийского, Солсберийского и Херефордского соборов; что Херефордшир в рассказе «Вид с холма» – воображаемое место действия, а Сибург из «Предупреждения любопытствующим» – это Олдборо в Суффолке.

Сейчас я не в состоянии сказать так сразу, обязан ли я какой-либо иной литературе или местным легендам – письменным ли, устным, – хочу только объяснить, что старался вынудить своих призраков вести себя сообразно правилам фольклора. Что же касается того, что на страницах моей книги попадаются абзацы, свидетельствующие о моей якобы эрудиции, то должен сообщить, что чаще всего я прибегаю к чистому вымыслу; например, книга, которую я цитирую в «Сокровище аббата Фомы», в природе не существует.

Меня также спрашивают, руководствуюсь ли я какими-либо правилами, сочиняя истории о призраках.

Никаких, о которых следовало бы упомянуть либо рассказать заново. Некоторыми мыслями на этот счет я поделился в предисловии к «Призракам и чудесам» (Серия «Мировая классика», Оксфорд, 1924). Рецепта успеха такого рода литературы не имеется, как, впрочем, и другой литературы.