Археолог 2. Заветный ключ

У нас с Николаем Лаврентьевичем договорённость по обмену способными студентами. Вот я и подумал – почему бы вам не съездить в Новгород на месяц? Наберётесь свежих впечатлений, ну и подзаработаете немного землекопом. Студенту лишняя копейка не помешает, верно?

– Спасибо, Валентин Иванович, – улыбнулся я. – Только у меня к вам небольшая просьба. Вы не будете против, если со мной поедет студентка нашего курса Светлана Поленко?

– У вас роман? – понимающе улыбнулся Валентин Иванович.

Я не видел смысла скрывать, и просто кивнул.

– Почему бы и нет. Я уверен, Николай Лаврентьевич с радостью согласится принять двух студентов вместо одного. Вечером позвоню ему и всё согласую.

Валентин Иванович снова протянул мне руку.

– Желаю вам успехов, Александр. Уверен, что вы не подведёте меня в Новгороде.

Попрощавшись с Валентином Ивановичем, я вышел из деканата. Здание библиотеки находилось наискось через дорогу, и я решил не терять время даром. Можно спокойно поработать три-четыре часа, а потом перекусить в столовой университета и решить, что делать дальше.

Прямо возле дверей нашего института, в тени арочной колоннады о чём-то горячо спорили двое молодых мужчин. Я прислушался и с удивлением уловил немецкие фразы.

Иностранцев в Ленинграде хватало. Но что эти двое забыли возле университета? Иностранцам полагается гулять по Невскому, восхищённо вертя головами под присмотром экскурсовода.

Наверное, заблудились, решил я. Отстали от экскурсии или делегации.

Немецкий я знал плохо, так что помочь туристам ничем не мог.

– Разрешите! – вежливо сказал я немцам.

Немцы посторонились, и я прошёл мимо них.

– Данке шён!

***

Весна 1236-го года, Великий Новгород

Рано утром над рекой со стороны Новгорода поплыл колокольный звон – это звонил на торговом берегу вечевой колокол у церкви святого Николы.

– Пора, сын! – сказал Александру отец.

Вместе они вышли из терема, спустились по широкой лестнице на двор. Конюхи тут же подвели князьям коней – Ярославу белого, в серых подпалинах, Александру – гнедого, темногривого жеребца.

Подъехали Гаврила Олексич и Ратша – старшие дружинники, которых князь Ярослав собирался оставить вместе с сыном на новгородском княжении.

Сам Ярослав с большей частью дружины завтра же собирался отбыть в Киев – по старшинству ему переходило право на Киевский престол.

Александр старался казаться спокойным. Не маленький уже – пятнадцать лет скоро.