В Аду

Очень скоро Алик начал давать ей быстрые, но весьма болезненные пощёчины.

– Становишься непослушной, ? упрекнул её Алик.

– Прости… ? пробормотала Майя, снова закрывая глаза. Теперь уже она делала это от страха, что получит удар в глаз.

– Конечно же, я тебя прощу, крошка, ? сказал Алик, каким-то странным голосом. Он толи хитрил, толи казался разъярённым. Майя увидела это, когда на мгновение открыла глаза. От ужаса, снова зажмурилась.

– Высовывай язык, ? потребовал Алик уже следующую же секунду.

– Нет, пожалуйста, только не кусай! ? плачущим голосом попросила Майя. Она сморщила брови, а лицо исказила до неузнаваемости. Алик улыбнулся.

– Откуда узнала мои планы? ? весело спросил Алик и стукнул её по носу.

– Эхе… эхе… не надо, ? в ужасе протянула Майя. За это она снова получила несколько болезненных пощёчин по правой щеке.

– Просить и умолять разрешаю, а вот сопротивляться нет, ? с важным тоном объяснил Алик, ? ну-ка повторим, высовывай язычок.

– А-а-а… ? закричала Майя и сразу же зажмурилась. Открыла рот, изображая послушание, но сама не решалась высунуть язык. Алик, видя её реакцию, снова захихикал.

– Хе-хе-хе…

Но смеялся он на этот раз не злобно, а скорее просто по-человечески, находя всё это забавным.

– Смелее-смелее, высовывай! ? весело поторопил её Алик.

– А-а-а… ? закричала Майя, но на этот раз уже подчинилась. Начала медленно и пугливо высовывать свой язык, готовясь к сильнейшему укусу и боли.

– Рано кричишь, моя крошка, ? весело сказал Алик, ? или, может быть, не рано!

В следующую секунду Майя почувствовала на языке прикосновение, но не зубов, как ожидала, а чего-то другого. Это заставило её открыть глаза… она уже предполагала, а не пытается ли он запихнуть ей в рот тот пластик? Но и это оказалось неправдой.

– Эхе… эхе… ? пугливо захныкала Майя. И, конечно же, она не смела закрывать рот и отнимать у него язык…

– Погладим-погладим, и хрящ! Укусим! ? поигрался Алик и резко обхватил зубами кончик её языка. Конечно же, начал кусать. Но сжимал он челюсть не бесконтрольно. Майя это поняла по тому, что резкая боль наступила не сразу, она возрастала постепенно.