Призрак моей любви

 – Я ожидал, что придется неделями томиться здесь, изнывая от скуки, пока идет подготовка к походу, но теперь полон радостных надежд. Думаю, дни в Берике обещают быть необычайно… увлекательными.

Джоан воспользовалась наступившей паузой.

– Уверена, нас ждет множество увеселений, когда прибудут король с королевой.

Похоже, ему показалось забавным, что Джоан нарочно разыграла непонимание, но он позволил ей сменить тему разговора.

– Да, не сомневаюсь, королева и ее фрейлины не захотят лишиться своих привычных развлечений.

Даже в разгар войны. Ее величество любит игры и турниры почти так же страстно, как король.

«А он и вправду красив, – подумала Джоан, – хотя, пожалуй, внешность его немного слащава». В памяти ее возник образ золотоволосого рыцаря, но она отогнала прочь воспоминание. Алекс Сетон полностью отвечал ее представлениям о мужской красоте, однако за прошедший месяц она лишь утвердилась в мысли, что его следует избегать. Джоан знала, что он тоже прибудет в Берик, и это заставило ее сомневаться, не напрасно ли она едет в замок.

Чем больше она думала об Алексе Сетоне, тем сильнее мучили ее сомнения. Не стоит сгущать краски, наконец сказала она себе. Наверное, он и не вспомнит о ней, тогда держаться поодаль не составит труда. А может быть, он отправится в замок Уорк вместе с основной частью армии, а не в Берик, где собираются военачальники Эдуарда. Один замок от другого отделяет пятнадцать миль, этого расстояния вполне достаточно.

Джоан вернулась мыслями к сэру Хью, вот о ком ей теперь следовало думать.

– Вы говорите так, будто хорошо знакомы с королевой, милорд.

Его губы насмешливо скривились.

– Я больше дружен с королем, чем с королевой, но да, в минувшем году я провел немало времени в королевских дворцах.

Джоан изобразила подходящее к случаю изумление.

– Вы не захотели совершить путешествие на север вместе с королевской свитой?

– Я не назвал бы «путешествием» сопровождение тяжело груженного королевского обоза, который еле тащится, – со смехом ответил рыцарь.

 – Я доехал с ними до Ньюминстера, а затем меня отослали вперед с депешей для Пембрука. – Сэр Хью неожиданно нахмурился, на лице его отразилась досада. – Я был рад, что покидаю кортеж. Препирательства между Херефордом и Глостером довели бы до греха и святого.

Это оброненное вскользь замечание показало, что сэр Хью уже оказался очень полезным источником.