Князь Рысев

Не желая гнаться за нами, алхимики напустили своего тумана – я отчетливо видел, как шланги, торчавшие из их горбов, изрыгали эту мерзкую дрянь, словно дихлофос. К носу подбиралась едкая, жгучая вонь – те из горничных, кому не посчастливилось вдохнуть, заходились жутким кашлем, теряли волю к сопротивлению и становились легкой добычей.

Я отчаянно желал, чтобы Алиске посчастливилось избежать их участи.

– Разве так можно? – теряя на ходу дыхание, спрашивал я. – А как же законы? Как же…

– Да ты нешто с луны свалился, барин? У Менделеевых и право выиграно, и сам Инператор им благоволит.

За нами вдруг захлопнулась дверь. Я не видел, но точно знал, что Ибрагим широко раскрыл глаза, то ли от испуга, то ли от удивления.

И попятился.

Через мгновение последовал его примеру. Не последуешь тут, как же!

Сейчас на нас смотрел самый настоящий, не прикрытый ничем ужас…

Глава 3

Ужас смотрел на нас, мы смотрели на ужас. Веселые погляделки не обещали закончиться ничем хорошим.

Голос инопланетянина в моей голове сообщил, что it’s a trap! И должен признать – это всем трэпам трэп. Трэповее просто не сыскать.

Перед нами копошилась самая настоящая волна из живых крыс. Мерзкие, с лоснящейся серой шкурой, лысыми хвостами, они громоздились друг на дружке. Желтые резцы противно блестели – еще не решаясь, что с нами делать, хвостатые готовы были пустить их в ход.

– Вот и все, барин… – хриплым голосом произнес у меня за спиной Кондратьич и сглотнул. – Приплыли.

Я смотрел на поселившийся в моей руке огненный заряд. Резная палка, навершие из хрусталя. Не требует маны, гласили плывущие перед глазами надписи. Понять бы еще, как эту шнягу использовать и какой она мощности. Не хотелось бы сгореть ко всем чертям вместе с этими поганками.

Ибрагим неспешно вытащил из ножен кортик, выходя вперед, желая заслонить меня своим телом. Несмотря на кипевшую внутри него помесь храбрости с мужеством, выглядел он забавно. Что он сделает этой ковырялкой? Насадит парочку хвостатых, как на шампур, прежде чем они сгрызут его до самых костей? Память почему-то отчетливо и во всех подробностях вспоминала наставления биологички – мол, укус крысы, помимо того что заразен, так еще и крайне болезнен.