Культ

Ох, и в каком всё-таки мерзком свете вы выставляете нашу милицию… вас за это расстрелять мало будет! Властью наделили, а мозгов не дали, ну ничего, сейчас я это поправлю!" – он не сводил глаз с приближающейся троицы.

– Вынужден извиниться перед вами, господа, – повернувшись, почтительно обратился Артём к охранникам. – Оказывается, вам есть куда деградировать…

– Гражданин, пройдёмте с нами, – донеслось со спины.

Артём почувствовал, как кто-то схватил его за руку. Он резко дёрнулся, вырвался и повернулся.

– Ещё раз тронешь – до конца жизни будешь сортиры за курсантами мыть!

– Чё ты сказал!? – опешил тот, переглянувшись с коллегами.

– О Боже! – иронично развёл руками Артём, – Как ты вообще медкомиссию проходишь? Ты же слабоумный!

У полицейского на лице проступили острые, как перец, скулы.

– Сопротивление сотруднику, стало быть, – оскалился он, обнажив дубинку.

– И оскорбление, – с каменным лицом добавил другой.

– Жаль, никого с трёхзначным айкью нет поблизости, – он задорно бросил взгляд на поражённых его бесстрашию, заинтригованных охранников, – а то…

Не успел он договорить, как его сложило пополам от удара в живот.

Из лёгких словно выжали последний пузырёк воздуха. Дубинка со свистом ударила в колено и в голову. У него зазвенело в ушах, а в глазах пробежали искорки. Артём прильнул к горячему асфальту. Тяжёлые сапоги стучали по спине и рёбрам. Каждая секунда длилась целую вечность. Но вот его подняли, скрутили за руки и повели к машине.

2

– Эй, дружище… очнись! Очнись, слышишь?.. Друг… – чей-то грубый, слегка хрипловатый, но весьма взволнованный и звонкий голос начал прорезать мрак, возвращая Артёма в сознание.

Артём болезненно открыл глаза, и вспышка яркого света ненадолго ослепила его. Он лежал на бетонном полу в узкой закрытой комнате, примерно пять на два метра. Его трепал взрослый мужчина с короткой стрижкой и пожелтевшими от табака зубами. Он был весь в синяках и ссадинах, но с добрым лицом.

Артём приподнялся, облокотившись о какой-то серо-зелёный ящик, занимающий треть помещения.

– Очнулся! – радостно выдохнул он. – Я уж думал: не очнёшься… – он помог Артёму забраться на ящик. – Ты вырубился, когда они тебя сюда забросили! – экспрессивно замельтешил незнакомец с голубыми глазами. – Ты лоб разбил, а тебя перемотал твоим поясом, – поймав на себе смущённый взгляд Артёма, он пояснил: – Ну… чтобы кровь остановить.