Забытые грезы

Он ясно чувствовал, что они хотят избавиться от него как можно скорее.

– Через семь лет мы, безусловно, посмеемся над тем, насколько трудным оказалось наше знакомство, – сказал он. – Было бы гораздо легче, если бы мы стали друзьями уже сейчас, не так ли?

Он сделал вид, что собирается положить голову на плечо охранника, так что тот испуганно отпрянул назад. Шеелом нервно заморгал. Эти роботы имели представление только о противодействии, боевых стычках, но Данте, который хотел с ними подружиться, вверг их в растерянность.

Торопливо они втолкнули Данте во вращающуюся дверь одной из гостиниц во внешнем восьмиугольнике. Это был «Эксельсиор». Данте напряженно вдохнул. Он лишь раз был в отеле высшего класса, где традиционно заседало руководство путешественников во времени. Данте перепрыгнул через лужу, которая расплылась от упавшего кулера с водой. Шикарный вестибюль «Эксельсиор» было не узнать. Следы разрушения наполняли безлюдное фойе. С криво висящей, порезанной ножом картины маслом Хранительница времени строго смотрела на опрокинутую мебель, разбитые лампы и вырванные с корнем пальмы.

Покосившийся торшер излучал скудный свет. За пустой стойкой регистрации что-то скрипело. Данте глубоко вздохнул. Можно было подумать, что по вестибюлю отеля прокатился ураган. А точнее, смерч. Несколько охранников рылись в ящиках и шкафах, обыскивали подсобные помещения. Если в прежние времена тайные стражи Хранительницы времени держались на заднем плане, то теперь они действовали открыто и безжалостно.

Пронзительный крик потряс фойе. Картина грохнулась на пол, треснула рама. У путешественника во времени, прятавшегося в шкафу, отобрали хронометр и увели.

– Не все путешественники во времени так благоразумны, как ты, – сказал шеелом.

Данте с трудом подавил вспышку отчаянья. Ему приходилось беспомощно наблюдать, как безжалостные охранники орудовали в Невидимом городе. Его сводило с ума, как они обходились с его людьми. Стражников не волновал его мир. Они умели действовать только грубой силой.

Наводить порядок предназначалось другим.

Резкий скрип и треск разнеслись по фойе из динамиков. Пластинка крутилась в старинном проигрывателе, игла дрожала над одной дорожкой. Данте отвернулся от шеелома и раздраженно поднял руку.

– Кого мы ждем? – спросил он в наступившей тишине.

На столике стояла тарелка с бутербродом в ожидании гостя, который больше не придет. Повседневная жизнь в Невидимом городе прекратилась.