Стрела любви

Если бы она смотрела так на меня, я бы сделал все, что она хочет: довел бы в постели до бесчувствия. Это ж будет не впервые… для вас обоих. – Фин хитровато улыбнулся.

Йен не имел обыкновения терять самообладание, поэтому, когда у него от злости потемнело в глазах, а кулаки сами собой сжались, очень удивился. И Фин – тоже. Он инстинктивно отступил на несколько шагов и нахмурился.

– Что это с тобой, Маклин? Ты ведешь себя как ревнивый поклонник. Ты же не можешь всерьез думать об ухаживании за этой девицей.

– Я ни о чем таком не думаю, – проговорил Йен.

Что бы о ней ни говорили, Йен свято верил, что Маргарет Макдауэлл настоящая леди.

Злость, охватившая его, исчезла так же быстро, как возникла, и он даже смутился из-за столь необычного для себя проявления эмоций. Он ведь всегда был спокоен и невозмутим, не так ли? Должно быть, все дело во внезапном помутнении рассудка. От скуки. Он не привык участвовать в долгих напряженных переговорах, имевших целью не дать Брюсу и Джону Комину убить друг друга.

– Полагаю, мне необходима охота куда больше, чем я думал, – пробормотал он. – Кажется, здешние стены давят на меня.

Фин некоторое время напряженно всматривался в лицо друга, но, в конце концов, принял его объяснение и, облегченно вздохнув, похлопал по спине.

– Знаешь, мне намного больше нравится, когда ты рассуждаешь о засадах и об обходе противника с фланга.

Губы Йена дрогнули в усмешке. Фин прав: ему не следовало думать о женщинах, – тем более что завтра у него будет шанс произвести впечатление на Брюса. На охоте он сможет себя проявить.

Он повернулся к дамам и сразу же услышал ехидное замечание сестры о леди Маргарет.

Губы Йена сжались. Прежние язвительные комментарии, которые он прощал сестре, считая, что она еще маленькая и не ведает, что говорит, теперь звучали грубо и злобно.

К сожалению, резкие высказывания Марджори о Маргарет были не единственными, которые он слышал за последнюю неделю. Он чувствовал себя виноватым, поскольку одним только своим существованием невольно подливал масла в огонь. О ней злословили все, кому ни лень. Правда, сплетни эти, судя по всему, совершенно ее не беспокоили, и Йен не мог не восхищаться выдержкой и самообладанием леди Маргарет.