По волчьей тропе

А ты?

Девушка пнула камушек носком ботинка и засунула руки в карманы.

– Пойду, отдохну к себе в комнату. Может быть, вздремну. Увидимся позже, Чарли.

Фаррелл помахал ей рукой и направился в сторону своего домика. Она была рада, что он не стал больше прикасаться к ней, не хотелось быть невежливой, отталкивая его.

В лагере подобное проявление чувств привело бы к сплетням, хотя они беспокоили девушку меньше всего. Кто станет сплетничать о том, кого не замечает?

Больше всего она боялась вновь увидеть тот взгляд Ньорда.

Она наелась этого сполна. Сначала ожидая, что ее мать, в конце концов, полюбит ее, увидит в ней свою дочь и перестанет смотреть так, будто она мебель, которую купили по дешевке на распродаже.

Потом, что она будет хоть в чем-то выдающейся, чтобы на нее обратили внимание.

Что первая любовь станет последней.

Что мир станет чуточку лучше, научись она убивать монстров.

Что Ньорд Джефферсон, не оставит ее.

Список можно продолжать бесконечно, но факт остаётся фактом – глупая надежда уничтожает в человеке способность трезво смотреть на вещи. Видеть все, что окружает, сломав свои розовые очки о бетонную стену.

Какое-то время Чарли бесцельно бродила по лагерю. В комнату идти не хотелось, спать ещё рано, а томление в ожидании завтрашнего дня, в четырёх стенах, лишь усугубит ее ментальное здоровье.

Ноги сами несли ее в старый, но давно знакомый бар, находящийся в ста метрах от лагеря. Немного выпить и расслабиться не помешает.

Название Бара «Дохлый барсук» полностью отражало его внешний вид, вывеска давно не горела, и опасно накренилась вниз. Ходят слухи, что бар открылся на этом месте, благодаря барсуку, попавшему под колеса будущего хозяина заведения.

Но никому это было не важно, сюда приходили выпить многие – жители городка, заблудшие бродяги, уставшие работники лагеря.

Чарли поначалу оглушила музыка бара, но потом какой-то забулдыга попал бутылкой в едва доживающий свой век автомат, и он стал петь значительно тише.

Девушка подобралась к стойке сквозь толпу, ни на кого не обращая внимания, заказала стакан карамельного виски. Этого достаточно для того, чтобы подарить ей желаемое забытье, как только она доберётся до кровати, и не упасть раньше, чем голова коснётся подушки.