По волчьей тропе

Его жалобный рык отдавался у нее в голове, будто зомби хотел попросить ее о чем-то, но не мог из-за отмерших связок. Она закричала, что было сил, прося о помощи, попутно продолжая бросать дивными экземплярами в новеньких бархатных и кожаных переплётах.

Наконец, ее взгляд упал на черный зонтик мистера Дарго, стоявший в углу в специальной подставке. Хоть что-то! Оставалось только придумать, как подобраться к нему через шаркающего и мычащего любителя мозгов.

На самом же деле, зомби плевать на мозги.

Чарли взяла тяжёлый толстый томик книги и запустила его прямо в изогнутую конечность существа, от чего кость сломалась, и зомби рухнул на пол.

От достигшего предела адреналина в организме, девушка стремглав промчалась к своей цели. Но она не учла одного, лежащий зомби, имея уже 3 конечности, а не одну нормальную и одну искореженную, теперь двигался куда быстрее и успел схватить девушку за ногу, опрокинув на пол.

Почему никто не приходит на помощь? Неужели никто не слышит ее крика??

– Черт бы тебя побрал, урод, отцепись!

Процедила Чарли сквозь зубы. Буквально за секунду до того, как зубы зомби настигли бы ее обувь, она умудрилась со всех сил ударить по сломанной челюсти, и зомби по инерции отклонил голову в сторону.

Вскочив на колени, быстро перебирая ногами, стараясь как можно сильнее поджать их к ягодицам, она добралась до зонтика.

Звук, который она услышала позади себя, трудно описать словами, будто чудовище завыло и закричало одновременно:

– Ниииэээтт!

Резким рывком Чарли выдернула зонт, поднялась на ноги и, что было сил, воткнула его в глазницу зомби, прорывая голову насквозь. Со склизким звуком побеждённый монстр упал на пол.

– Неееет! Что ты наделала, боже! Шарлин, моя Шарлиииин.

Из-за двери выбежал профессор Дарго, падая на колени перед монстром и рыдая. Руками он пытался бережно перевернуть зомби и вытащить зонт. Чарли не могла на это смотреть, ее все-таки вывернуло рядом с семейной, теперь уже идиллией.

Позже, когда Чарли сидела в медпункте, где в нее влили бутылку успокоительного, к ней пришел Дэвид Лейпциг. Похлопал по плечу, как хлопают по голове неразумную любимую собачку, и сказал:

– Молодец, Коллинз.