Страсти по Ангелине. Мелодрама, эротическая проза

– Давайте на речку после обеда сходим, – предложил Гена, когда уселся за стол. – Жара стоит такая, что так и хочется искупаться.

Коля внимательно посмотрел на Гену.

– А что, давайте, – поддержал он коллегу.

Он отчётливо увидел себя на берегу неширокого старого русла, заросшего белыми и жёлтыми кувшинками, тянущимися от берега почти до самой середины реки. Представил тихо шепчущийся сосновый бор, отражающийся тёмными полосами в воде, небольшой полу-челнок. В челноке ребята катались по «старику» и удили рыбу, когда находили на это время.

– А дети? – спросила Ангела, возвращая Николая в душную и шумную столовую с её запахами первого и второго блюд.

Она отодвинула от себя тарелку с борщом, а вместо него поставила перед собой второе: кашу геркулесовую, шницель и небольшой кусочек свежего огурчика.

– И зачем я тебе только ложку принёс? Ничего не ела.

Рита рассмеялась.

– А что дети, что с ними за пару часов станет? – продолжал настаивать Коля, не обращая внимания на сказанное Ангелой. – Они спать должны.

– Как мне эта каша надоела, – изрекла Рита, глядя в свою тарелку. – Всё время одна и та же. Неужели нельзя ничего другого приготовить.

– В самом деле, каша эта уже в горле стоит, – разделила её справедливое негодование Ангела.

– Так мы пойдём или нет? – ещё раз спросил у всех Коля.

– Я – нет. Я обещала ребятам сказку рассказать. А потом, во время тихого часа, может и сходим.

Все замолчали и склонились над своими тарелками, орудуя ложками и вилками. Ангела наколола на вилку последний в её тарелке с салатом помидор и послала его в рот, а прожевав его, повернулась и посмотрела в ту сторону зала, где находилась раздаточная. Она любила свежие овощи, порция же была маленькой, и ей хотелось ещё.

– Парни, я ещё помидор хочу, – сказала она, и многозначительно посмотрела на Гену.

Гена встал и вскоре вернулся, держа в руках две небольшие тарелки с мелко нарезанными на дольки красными помидорами.

– Больше не дают, нет, говорят, – сказал он с досадой, крепкими словами про себя обзывая поваров.

– Для себя всегда найдут, и домой отнести, и здесь похавать, – добавил он.