Закон бумеранга

Однако стало интересно, о чём же монах хочет ему поведать.

– Вы очевидно уже раскрыли эту тайну? – уже с большей заинтересованностью спросил он.

Тот неопредёленно махнул рукой, мол, «в процессе», а после сложил вместе кончики пальцев и смиренно на них уставился. Хотя никакого смирения в нём на самом деле не чувствовалось.

– Понятно, хм… я очень на вас рассчитываю, – включился в игру Дрэго. – О результатах проведённого расследования по делу многогранника будете докладывать мне лично!

Монах тоже состроил, пожалуй, слишком серьёзную мину и торжественно произнёс:

– Конечно, мы с братьями понимаем, насколько важно держать в курсе Советника по Безопасности и Главу Государства!

– Вот и хорошо.

Дрэго приложил к сердцу раскрытую ладонь, подкрепляя клятву. Напряжение, наполнившее воздух вначале, испарилось бесследно. Они, не сговариваясь, громко рассмеялись.

– Ладно, так с чем вы пришли? – спросил советник, усаживаясь напротив гостя.

– Я просто соскучился по тебе дружище Конте.

Ни губы, ни глаза пришельца уже не смеялись, а фамильярное обращение заставило Дрэго удивлённо спросить:

– Мы с вами знакомы?

– Эхе-хе, время времечко, а с памятью у тебя – бяда-а, – скидывая капюшон и взлохматив светлые волосы, напыщенно ответил служитель.

– Арни! Ты? – бросаясь обнимать гостя, воскликнул Дрэго. Я ведь не мог даже предположить, не мог даже представить, что когда-нибудь ты явишься ко мне в таком… в таком безумном виде!

Красавец-молодец был с ним одного роста, такой же высокий, мускулистый.

– Как же тебя угораздило поклоняться фигуре? – со смехом спросил Дрэго, всё ещё не веря своим глазам.

– Богохульствуешь, брат мой! – ответил монах, слегка стукнув мужчину костяшкой пальца по лбу.

Арнольд Боте был другом его детства. Другом-соперником. Они двое ещё мальчишками подавали огромные надежды, а потом стали самыми видными молодыми людьми в столице. Учёба, спорт, девушки – во всём они стремились обойти друг друга, и получалось с попеременным успехом.

По прошествии ряда лет Арни по уши влюбился в Орнеллу – сестру Дрэго, похожую на брата тем, что она всегда носила на лице маску отчуждённого спокойствия или даже высокомерия.