Кровавая пыль дорог

Араб удивлённо посмотрел на неё, слез с коня и, медленно смакуя, всё выпил. Прижав руку к груди, он вернул крынку и что-то сказал по-арабски. Русава засмущалась и убежала. И опять все тронулись в путь.

Араб, сгорбившись, ехал недалеко, изредка поглядывая на Деяна, ведущего коня, на Людоту в колодке, на сидевших в телеге детей, на идущих рядом. Он уже не пел свою песню. Спустя некоторое время Деян его уже не заметил: то ли отстал, то ли уехал вперед.

Солнце стало клониться к закату, когда подъехали к маленькой, сильно заросшей кустами речке.

Деян распряг коня, отвязал от телеги корову. Скотина, почуяв близость воды, упрямо тянулась к ней.

– Сразу пить не давай, а то загубишь, – напомнил Людота.

Деян в ответ кивнул головой:

– Если так будем идти от ночи до ночи, точно загубим скотину.

Вода в реке от множества зашедших на водопой животных была мутная, и Млава, расспросив соседей, принесла откуда-то родниковую воду, и вскоре уже на костре варилась пшённая каша.

Давно уже стемнело. Вдоль речки по обоим берегам светилось множество костров.

Людота и не мог себе представить, что неведомые арабы, разбив войско до сих пор непобедимых хазар, дойдут до земли северян и захватят столько полона.

– Людота, смотри! – Деян показал рукой.

Среди костров пожилой араб вёл на поводу своего коня и внимательно всматривался в лица.

– Эй, паук блохастый, кого ищешь?

– Ну, зачем ты так, Деян? – упрекнула Млава.

Араб услышал крик Деяна и, улыбаясь, подошёл к ним. Рассмотрев в бликах костра Русаву, он присел и протянул ей свисток, сделанный из ветки дерева.

Араб дунул в свисток и опять протянул Русаве. Русава взяла свисток и дунула, – раздался свист. Русава засмеялась, араб тоже заулыбался и погладил Русаву по голове, затем повернулся к Станяте и тоже протянул ему свисток.

Станята спрятал руки за спиной.

– Возьми, Станята. От чистого сердца дает, – сказал Людота.

Станята, набычавшись, взял свисток. Араб довольный улыбался.

– Каша готова, садитесь все. Арава пригласите, – предложила Млава.

Арабу дали ложку, и все сели кругом около котелка с кашей и начали по очереди из него черпать ложками. Людоту кормила Млава, так как колодка ему мешала есть самому.

После еды женщины уложили детей спать в телегу, а Деян и араб отошли в сторону и пытались между собой пообщаться, но правда больше жестами. Людота прилёг на траву возле телеги и молча смотрел в чёрное небо, усыпанное бесчисленными звездами. Наконец подошёл Деян и прилег рядом.