Истоки державности. Книга 2. Язва христианства

Евнух вздохнул и развёл руками:

– Уже несколько дней его испражнения содержат кровь. Страшное может случиться со дня на день.

На лице Варды тоже появилась скорбь, и он перекрестился:

– Так что же нам делать?

– Выполнять распоряжения ещё здравствующего повелителя. Император чувствует приближение смерти, и поэтому он назначил опекунский совет своему сыну Михаилу. До его совершеннолетия всем будет управлять совет. Кроме жены августейшего в него войдут ещё три человека: я, магистр Мануил – дядя августы и ты.

– Я? – едва сдержал радость Варда.

– Да, ты… Император жалует тебе титул патрикия.

Смятение сладострастных чувств охватило Варду, но он сдержался, и только выступивший румянец на его щеках выдал его радость.

– А как отнёсся к этому патриарх Иоанн Грамматик?

– Был немного недоволен. Всё-таки Феодора сторонница почитания икон, но ему пришлось смириться с волей августейшего. Ещё император Феофил распорядился принести ему голову Феофоба. Это должен сделать ты!

– Феофоба? – сделал удивлённое лицо Варда.

– Да, Феофоба. За ним стоит доблестная часть войска, а император не желает, чтобы кто-то мог препятствовать воцарению Михаила.

Варда согласительно кивнул головой:

– Хорошо, я возьму брата Петрону с его воинами и отнесу голову Феофоба повелителю.

– Поторопись! Император хочет увидеть её до своей смерти[8 - Существует предание, что император Феофил умер, держась за мёртвую голову перса Феофоба.].

Смотря вслед уходящему Феоктисту, Варда, вздёрнув подбородок, горделиво сказал приблизившемуся Феофилику:

– Ты будешь палантином, а может быть и выше, если всегда будешь выполнять то, что велю я.

Глава 5

(842-843 гг. от Р.Х.)

Через несколько месяцев после встречи с архиепископом Меца Лотарь получил известие, что его братья встретились и дали клятву поддерживать друг друга против старшего брата. Ещё через две недели архиепископ прислал ему копию клятвы Людовика:

«Из любви к Богу и ради спасения христианского народа и нас самих я с нынешнего дня, насколько Бог даст мне разумение и силу, буду поддерживать брата моего Карла во всем, как надлежит поддерживать брата, при условии, что он будет поступать точно так же.

Лотарь несколько раз перечитал послание, в сердцах бросил его на пол и в отчаянии заметался по комнате. Что делать – одна единственная мысль грызла его.