Чокнутая с кисточкой

– Геннадий Витальевич, я давно хотела Вас попросить, обращайтесь ко мне на «ты», – продумывая следующие колкости по отношению к его сыну, обратилась Валерия. – Вас это не затруднит?

– Разумеется, не затруднит, – немного удивлённо сказал «папа».

– Отлично! – Валерия допила чай, вымыла чашку и вытерла полотенцем руки. – В таком случае, благодарю за чай, и позвольте откланяться. Мне надо спешить.

Она взяла сумочку и, уже было собралась покинуть кухню, как в дверях появился Максим. Отец, сидевший спиной к двери, сына не видел.

Надо отметить, одетый в темные брюки, кремовую рубашку, галстук в косую полоску и обув кожаные туфли, Максим примагнитил к себе взгляд Валерии не меньше, чем когда на нём и вовсе отсутствовала одежда. Волосы теперь были аккуратно уложены. Весь его внешний вид свидетельствовал о высоком статусе мужчины. И таком же самомнении.

Валерия, приложив усилия, отвела от Максима взгляд и нежно обратилась к Геннадию Витальевичу:

– Надеюсь, время пролетит быстро. Я буду спешить, вернуться в этот дом.

– Валерия, я буду ждать твоего возвращения, – улыбнувшись, сказал, не подозревающий о женском коварстве Геннадий Витальевич.

Она с победоносным видом стала выходить из кухни. Но ей было этого мало! Она наступила острым каблуком на Максимкину туфлю. «Сыночек» стиснул зубы и едва удержался от нецензурных реплик. Валерия послала ему воздушный поцелуй и выскочила из дома. Окрылённая, она помчалась в сторону ближайшей остановки общественного транспорта.

А в это время Максим устраивал допрос.

– Отец, тебе не кажется, что подобные девицы уже перебор?

– Ты о чём и о ком? – искренне не понимал отец наезда.

– Я тебе пытаюсь объяснить, что эта, как её там… Валерия, должна покинуть наш дом!

– Максим, ты что, совсем растерял мозги? Валерия чудесная девушка и я рад знакомству с ней. Она преобразила мою жизнь. Тебе и твоим сёстрам нет дела до меня, а Валерия помимо того, что украшает этот дом, так еще и приятный собеседник. Учти, я её в обиду не дам! Сегодня ты вторгся в спальню и практически выгнал её ночью на улицу.

– Отец! Ты себя слышишь? – возмутился Максим, услышав слова отца.

– Максим! Я позвонил утром твоей Даше, и получил её вариант правды.