Фрейлина королевской безопасности

Лепрез же выглядел удивленным:

– Смеешься? В восемь-то утра? Она раньше двенадцати не встает, ибо это вредно для цвета ее холеной кожи.

– Ну и какие могут быть еще предположения? – не унималась Карина. – Свидетели Иеговы?

– Да откуда ж я знаю, – огрызнулся маг. – Сходи и посмотри.

– Эм-м-м. О’кей.

Карина неспешно вышла из-за стола и направилась к видеофону. Сразу на улицу, навстречу неизвестному, ее никто не выгонял, ведь посмотреть, кто за дверью, можно было и через камеру.

Нажав на кнопку приема вызова, Горбуша с удивлением уставилась на непонятного взлохмаченного типа, тусующегося у входа.

– Сектант, похоже, какой-то, – с сомнением выдала она Лепрезу. – И плащ у него ободранный.

На пороге стоял незнакомец с безумными глазами. От пронизывающего осеннего ветра его укрывал разорванный серебристый плащ, черные волосы до плеч небрежно торчали в разные стороны.

– Или бомж! – поделилась мнением Карина.

В руках незнакомец держал явно пьяную женщину, по крайней мере, Карине так показалось, уж слишком безвольно та повисла на руках мужчины, да и выглядела не менее грязной и обтрепанной.

– И бомжиха…

Лепрез, подошедший сзади, прежде чем заглянуть через плечо, удивленно переспросил:

– Бомжи? Смеешься? В этом районе Рублевки?

– Сам посмотри, – девушка отошла от экрана, предоставив артефактору полный обзор.

– Твою ж мать! – выругался Лепрез, едва взглянул на экран. – А этого-то сюда чего принесло? – и кинулся на улицу открывать дверь, но, едва пробежав несколько шагов, резко остановился и развернулся к Карине лицом.

– Упс! – Горбуша испуганно рассматривала напряженное лицо артефактора и осознавала, как быстро и нелепо провалился Штирлиц. – Вообще-то, я как раз хотела тебе все рассказать, – медленно начала она, на всякий случай делая шаг назад от Лепреза, вдруг он со злости файерболом еще каким кинет. – Меня зовут Карина, и я действительно не желаю тебе зла, потому что нахожусь здесь по просьбе настоящей Трои.

В этот момент противный домофонный звонок взвизгнул новой трелью, напоминая, что на улице по-прежнему стоят посетители.

– А сама Троя где? – с сомнением переспросил артефактор, как бы невзначай отступая от Карины подальше. В данный момент он побаивался ее едва ли не больше, чем она его.

– Отличный вопрос – «где она?», – взгляд Карины метнулся к экрану, на котором по-прежнему маячили те, кого она по ошибке приняла за бомжей.