Не говори никому

– Переспать со мной. Это во многом упростит наши взаимоотношения.

Коварная ухмылка щекочет мои губы.

– Пошел. Ты!

Я дёрнулся и приблизил лицо, дыханием овевая ее приоткрытые губы. Девушка замерла, впилась меня немигающим взглядом. При таком расстоянии черты лица с точностью выточены искусным скульптором. Прямой заостренный нос, румяные щеки, подчеркивающие веер темных ресниц, пухлые губы, истерзанные морозом. Она не одна из тех, кто натренировал себя ради мужчины и готова пасть в кровать к первому встречному, лишь бы достучаться до своего мужа.

Ей этого нисколько не нужно. И уж точно ей не хочется себя втягивать в конфронтацию, но не по объяснимым причинам она специально все делает задом-наперед. Одно извинение – все изменится.

Расплылся в улыбке и выпрямился, откинувшись об спинку дивана, словно никакого очарования и не было. Ее рассеянность длилась не долго; точно в замедленной съемке повернулась ко мне, острое лезвие глаз делало из нее совершенного противника. Ненависть, буйство, презрение – сочилось фиолетовой струйкой.

Хмыкнул, скосил губы в сторону, как бы вызывая на лице дьявольскую улыбку.

– Личные границы, Семен Олегович, – сквозь зубы выговорила. – Не забудьте, вы для меня всего лишь отец моей воспитанницы. Так что не смейте мною помыкать.

Станок загорелся и тут же затух, когда она вернулась к своему коктейлю. Бедра сжала, словно моя рука может пройтись по стройным ногам, оставив на них ожоги.

Фаланги пальцев горели, целые витиеватые огоньки обжигали нервные окончания, припоминая недавнее вторжение в центр уязвимой слабости.

Она не так проста. Дурной нрав и четкое желание всего придерживаться. Удивительное комбо.

С опаской проверил отсутствие внимания к нашему столику, лишь бы проложить иной выход воды, и натянул привычную маску равнодушия. Вид у Екатерины Владимировны был с натянутым беспокойством, глаза бегали от мелкой пылинки до кирпича в стене, странно блестели.

– Я ни за что с вами не пересплю, – ядовито бросила, вращая в руке розовую трубочку.

Она деловито рассматривала свою манипуляцию, тем самым демонстрируя гордую личность. – Это так, чтоб вы знали.

Скрестил руки, упираясь в стол.

– Я не предлагаю тебе договор с оплатой твоего тела, – в подтверждение слов гуляю по ее стройному телу, после чего замечаю в ее взгляде спокойные волны в солнечный день. – На самом деле, ты не в моем вкусе.

– Мне казалось иначе.

– Ты плохо меня знаешь, Катенька.