Последствия

 – заметив количество перевёрнутых страниц, подходя к Матвеевичу, возразил Вячеслав Владимирович.

– Не первый раз читаю, так что бери.

– Я обязательно верну, спасибо.

Получив способ интересного времяпрепровождения, Вячеслав Владимирович засунул его в верхний ящик тумбы и хотел вернуться к студенту, но его подозвал Клавдий.

– Вот маленький нахал.

Присутствовал ли ты при этом театре? – когда учёный встал рядом с его тумбой, спросил король.

– Он почистил унитаз вашей зубной щёткой? – Вячеслав Владимирович в который раз не мог найти удобного места для своего тела и стоял струнно выпрямившись, пока этого не заметил и не согнул спину в более привычное её положение, а руки не завёл за спину.

– Все мы не без греха, особенно они,

Чей ярче солнца дневной лик,

Грязней угля в ночи.

– Но он не признаётся. Может быть, это и не он сделал?

– Предашь, не веря в нашу честность,

Пред Богам данную тобою клятву?

В тебе не видели мы подлеца известность.

– И не увидите. Я верю вам.

– Дурна твоя привычка.

Коль в каждом слове ты кавычка[1 - “Честно, сам стал перечитывать, потому что не понял, к чему он говорит о знаках препинания. И скажу вам, задумал он сложно. А имеет в виду помарки автора, которые могут стоять в середине предложения в скобках; иногда неуместны и портят повествовательно-смысловую композицию.”].

– Запомню ваше наставление. – снова пробился сквозь слова Клавдия Вячеслав Владимирович.

– Не долог час, доказывающий

Стремления, тебя обязывающий.

Сейчас же будь покоен

И жди наш зов, как скромный воин.

Повернувшись к тяжёлому взгляду жены возведённого на Вячеслава Владимировича, Клавдий заговорил о сельском хозяйстве Дании, а не задействованный в семейном диалоге учёный отошёл к студенту, стараясь не занимать внимание короля, боясь возобновления к себе обращения.

– Ты принёс клятву на верность Клавдию? – было первым, что услышал мужчина от друга.

– Да, а что в этом такого? – сев около студента, без сомнения в правильности решения, которое даже не задумывался оспаривать, упрекая себя в поспешности, что случалось часто в пору его научных поисков, спросил Вячеслав Владимирович.

– Ты не читал «Гамлета»? – бесконтрольно дёрнув несколько раз ногами, усаживаясь более удобно рядом с другом, прошептал студент, глаза которого распахнулись шире обычного и не моргали, а кисть правой руки захватила одеяло и не выпускала.

– Нет.