Огненный стяг. Дом Земли

На свежем воздухе у Лины проснулся нешуточный аппетит, и она не раздумывая съела всё, что ей предложили. А когда в конце обеда подали чай, а к нему сладкие булочки с начинкой из яблочного повидла, девушка вовсе почувствовала себя счастливой. Почти.

Угощение было выше всяких похвал, взрослые разговаривали и смеялись, а вот подростки пока чувствовали себя скованно в присутствии друг друга. Каждый пытался украдкой разглядеть остальных, отчего неловкость только усиливалась.

Ольга, Анна и Маргарита были увлечены собственными воспоминаниями.

Муж Ольги Вадим расспрашивал о чём-то Михаила Захаровича. Все они словно не замечали повисшего над столом напряжения. И только Елена Захаровна, добродушно улыбаясь, незаметно, но очень внимательно вглядывалась в лица детей.

За разговорами обед затянулся и плавно перешёл в ужин, а когда последний пирог был съеден, и гости глянули в окно, оказалось, что за ним уже сгущаются сумерки.

Измотанные долгой дорогой, новыми впечатлениями и смутными предчувствиями подростки с явным облегчением отправились готовиться ко сну.

Женщины стали убирать со стола.

– Пойду-ка я пройдусь, – сказал Вадим, натягивая в прихожей резиновые сапоги. – Больно место тут интересное.

Но только он произнёс эти слова, небо вдруг озарила вспышка молнии, а дом содрогнулся от раскатов грома и барабанной дроби хлынувшего на крышу дождя.

– Вот и погулял, – с досадой буркнул мужчина.

– Не расстраивайся, завтра нагуляемся, – успокоила его жена. – Лучше отдохни, ты ведь целый день за рулём.

– И то верно. – Вадим, стянул сапоги и стал подниматься по лестнице.

***

Поздним вечером Лина сидела у окна, наблюдая за сползающими по стеклу каплями. Она любила смотреть на дождь. Ещё в раннем детстве мать научила её не бояться грозы и не вздрагивать от внезапных вспышек молний или раскатов грома.

Приезд сверстников поверг Лину в смятение. Вместо тихого и скучного отдыха, с которым она почти смирилась, теперь предстояло общаться с новыми знакомыми.

В памяти тут же всплыло лицо голубоглазого юноши, избалованного вниманием окружающих. Лина зарделась, вспомнив, что и сама легко поддалась силе его обаяния.

В противовес словоохотливому Егору темноволосый паренёк держался отстранённо. Он был почти незаметен на фоне яркого и харизматичного блондина. Лина, к своему стыду, даже имени его не запомнила.

Рыжеволосая девчушка, что даже за столом не выпускала из рук альбома для рисования, показалась довольно милой.