Твои тьма и свет. Стихия духа

Здесь мне не нужно было строить из себя кого-то, чтобы выжить и иметь кров над головой.

Он оглядел скромное убранство, не располагавшее местами для комфортной беседы, и вдруг опустился прямо на пол. А потом внимательно посмотрел на Данару. Таали мог сотворить хоть дюжину кресел – она не раз видела его дар в деле, – но не стал.

Иногда Таали смотрел так пристально, что Данара начинала сомневаться в своей ментальной защите. Прежде ни один солхари не мог прочесть ее мыслей, но жених был особенным. Она могла сесть на кровать или стул и смотреть на него свысока своего положения во всех смыслах.

Но пропасть, разделявшая их, была и так слишком огромна, а она хотела ее сокращать. Поэтому без лишних колебаний Данара опустилась следом, совсем рядом с ним, расправив складки своего воздушного платья.

На мгновение показалось, что на лице Таали мелькнула одобрительная улыбка. Или победная? Сложно было сказать в полумраке, а когда он щелкнул рукой, чтобы тусклый светлячок взвился к потолку, лицо вновь было спокойным и отрешенным.

– Ты просила правду, которую никто обо мне не знает. Историю, которую ты не сможешь забыть. То, что ведомо лишь мне и Оку д’аари, если тому приспичит глянуть в мою сторону, – он усмехнулся. – Или этой прогулки достаточно, Данара?

– Считаешь, я могу осудить тебя? Сдать Совету?

Таали мягко рассмеялся, отчего ледяной холодок вновь пробежался по спине.

– Эльфы не любит знать тайны, которые нельзя рассказать остальным.

– Значит, я не похожа на других эльфов.

 – Неосознанно Данара слегка задрала подбородок, как делала каждый раз, когда ее пытались с кем-то сравнить. Сама мысль об этом была невыносима.

В ответ Таали протянул руку и легко коснулся ее подбородка. Данара перестала дышать. Ни один эльф в ее жизни не позволял себе такую снисходительную вольность.

– Я знаю, дорогая невеста. Знаю, – он провел большим пальцем по щеке, будто она уже была его, и только потом отпустил.

Данара на мгновение прикрыла глаза, чтобы снова задышать.

Она и правда была его, глупо отрицать очевидное.

– Я расскажу тебе историю о том, как мой Учитель попытался избавиться от бесталанного ученика, служившего ему обузой. Как он отправил мальчишку на границы Темных Земель в надежде распрощаться с ним навсегда. А я не мог противиться его воле – бесправный, безродный полукровка не нужен этому обществу. И пусть я был единственным потомком людей, в ком проснулся дар солхари, интерес Совета в ту пору быстро угас.