Твои тьма и свет. Стихия духа

* * *

Адалия с трудом толкнула дверь собственной комнаты. О госте в черном плаще ей уже сообщили, и сомневаться в том, кто это, не приходилось. Магистр Нимира собрала всю волю в кулак и шагнула внутрь, тихо прикрыв за собой дверь.

Он стоял, глядя в окно. Капюшон свободно спадал на плечи, темные волосы вновь коротко пострижены. Если на секунду прикрыть глаза и представить, что последних семи лет просто не было… То можно сойти с ума и наговорить лишнего. Будто перед ней все тот же наивный мальчишка.

– Пришел исполнить обещанную казнь прямо в королевский дворец, Дани? Как ты говорил, разорвешь душу, вырвешь сердце и оставишь подыхать в канаве? – криво улыбнулась Адалия.

– В канаве с крысами, – холодно ответил Рид, окончательно развеяв старые иллюзии. Это больше не тот мальчишка, которого она берегла, утаивая правду.

– Так что же ты медлишь?

– Собирай вещи, ты идешь со мной.

– Еще чего! – фыркнула она и едко добавила: – Ты даже не можешь взглянуть мне в глаза.

Рид резко развернулся, и мир потерял краски.

– Ты так и не научилась, Адалия. Нельзя играть с огнем!

– Лучше бы научил этому свою подругу! Но ты просто позволил другим страдать. Не в первый раз.

Тени сползлись с углов, окутывая фигуру Рида, – она стала расплывчатой, руки удлинились, вытянулся рост. Казалось, если он взмахнет запястьем, вместо пальцев будут острые когти, которые прошьют насквозь плоть, как топленое масло…

Адалия не двинулась с места и отстраненно смотрела на все его преображения. Если когда-то ее и могло это напугать, те времена умерли вместе с прежней наивностью.

Рид тоже не двигался, так и не сделал шаг, не поднял руку.

– Снова медлишь. И куда же ты собрался меня увести?

– Исправлять твои ошибки.

– О, как у тебя все просто! А чем, по-твоему, я занимаюсь последние полтора месяца? Вместо того чтобы искать действительно важные вещи. Мир под угрозой, а я в книжках роюсь, как бы вернуть твою наглую наемницу!

– Не прибедняйся. Мерзкая, расчетливая тварь.

– Ну спасибо, милый. Как трогательно. Слепец и лицемер. – Рид скрестил руки на груди и вскинул бровь. Вышло так противно, что Адалии захотелось ударить по этому надменному, непроницаемому лицу. Она отвернулась. – Хотя знаешь, я действительно должна извиниться. За то, как складывалась твоя жизнь последние шесть лет.

За то, что я решила вместо тебя, какую часть правды знать будет лишним… Адалия уже хотела сказать это вслух, вновь повернувшись к нему.