Подонок

Маша заканчивает и стягивает с себя футболку, под которой нет лифа. Реакция не заставляет себя ждать. Зрелище просто чумовое. Молодая, упругая, красивая грудь так и манит.

– Конечно, я выбираю тебя, – расстегиваю на себе рубашку и подхожу к Марии.

– Так вот, если ты решил для себя этот вопрос – действуй. Мне надоело быть дополнительным элементом к вашему браку, я хочу стать основным, – снимает юбку и я уже плохо слышу, что она говорит. Все мысли только о том, что сейчас будет происходить.

– Хорошо, – притягиваю к себе.

– Лео, я хочу быть с тобой. Понимаешь? Не только в постели и не только для утех. Люблю тебя, мой папочка, и желаю нас двоих, без лишних женщин, навроде Алисы и Наташи. Дочка твоя выросла, пусть сама работает и зарабатывает, жена состарилась и о ней ты вообще не обязан думать. Просто уходи, а?

– Хочу тебя, – рукой глажу по лицу.

– Если хочешь – бери, – впивается в губы и я отдаюсь чувствам.

Маша самое лучшее, что случилось со мной в жизни, и она, безусловно, права.

Глава 13. Наталья. Машуля

Мою окна и вижу Машу. Хочется верить, что показалось, но ее точеная фигура и стервозное лицо запомнились навсегда.

Спустя минут семь звонок в дверь.

Не ошиблась.

Открываю, интуитивно поправляя волосы.

– Что? Пытаешься его удержать? – с порога заявляет без здравствуйте.

– И тебе привет, – отвечаю девушке.

– Зачем его держишь? Старость пугает и остаться одной боишься? Сорок три это уже пенсия.

На Маше кислотный салатовый топ, облегающий безупречную грудь. Она красива, врать не стану.

– И тебе когда-то станет сорок три, Маш, – говорю спокойно.

– Бабуль, отпусти Леву. И не держи его. Надоело слушать, как тянешь деньги.

От ее слов меня дергает. Какие деньги? И что говорит муж Маше? Я никогда ничего у него не просила.

– Ты для чего пришла? – спрашиваю Машу.

– Уточнить, как долго будешь доить моего папочку.

– Я думала папочка он только для Алисы.

– Так себе вышла девка, – произносит, жуя резинку.

Никогда в жизни не била людей, но трогать мою дочку? Одному Богу известно, как я ее рожала, как тяжело было выносить, малолетняя мразь смеет унижать мое дитя? По инерции хватаю Машу за волосы.

– Еще раз, тварь, скажешь что-то на мою дочку, убью!

– Отпусти, дура старая, – бьется в конвульсиях Маша. – Отпусти!

– Убью.