Восьмой детектив

 – Он посмотрел на свои руки. – Полагаю, около двух минут, чтобы обездвижить. Пять минут, чтобы убить наверняка.

– Спасибо. У нас точно будут к вам еще вопросы. Констебль Дэвис, вы не проводите доктора Мортимера в кабинет мистера Кэвендиша? Мы скоро спустимся. Только сначала переговорим с горничной, если вас не затруднит ее пригласить.

Доктор и констебль вышли, а Элиза с опаской шагнула в полумрак ванной – занавеска на окне все еще была задернута. Элиза старалась не смотреть в ванну, но все же то и дело украдкой поглядывала на грязно-белое полотенце, неровно лежавшее на теле.

– Не стоит нервничать. Мы только хотим задать пару вопросов. Меня зовут инспектор Лори, – сказал он и закрыл за ней дверь.

Нечто угрожающее ощущалось в фигурах двух мужчин в костюмах, стоявших у ванны с телом молодой женщины. Элиза звучно сглотнула. Балмер отступил к стене, а Лори продолжил:

– Это вы наполнили ванну для мисс Кэвендиш?

Элиза кивнула, в неестественном движении ее головы промелькнула тень ужаса, словно ей намекали, что это она виновата в трагедии.

– Где вы были, пока она принимала ванну?

– Убиралась в старой детской комнате.

– Где эта комната?

– Дальше по коридору. – Горничная напряглась, осознав, к чему он клонит, и пролепетала вдогонку: – Через три двери.

– И вы ничего не слышали? Ни криков, ни шума борьбы?

Она молча покачала головой. Потом зачем-то пояснила:

– Я уже говорила другому полицейскому.

– Он, может, вам и поверил. А вот я, боюсь, пока не могу.

Она снова покачала головой, будто отвечая на вопрос.

– Понимаете, Элиза, – вас ведь так зовут?

Она кивнула.

– Понимаете ли, Элиза, убийство – дело довольно громкое. И не самое быстрое. Мне кажется весьма сомнительным, что вы, находясь так близко целых две минуты, совершенно ничего не услышали.

Она еще сильнее замотала головой, а в бесстрастном доселе взгляде Лори снова мелькнула улыбка.

– Элиза, вы молоды и не замужем?

Она обрадовалась перемене темы и охотно ответила:

– Да, мне восемнадцать.

– Но вы ведь симпатичная девушка. Значит, у вас должен быть ухажер.

Лицо ее снова потухло.

– Не пойму, к чему вы клоните.

– Я не мог не подметить, что вы носите браслет, новый и, очевидно, кем-то подаренный. Он так заплатил вам за молчание?

Она посмотрела на запястье.

– Но как вы…

– Браслет дорогой, вам он не по карману, насколько я могу судить. Вы бы не стали убираться с такой красивой вещицей на руке, чтобы не повредить ее.