Знаю, позовешь меня

Встреча с Франческо Кальветти лишила ее покоя…

– Пошли, Ханна, – сказала ее сестра, дергая за запястье и отвлекая от размышлений. – Мы в списке.

– Но тут очередь, – заметила Ханна.

– Да, но мы в списке. – Мелани закатила глаза. – Нас пропустят без очереди.

– Да? Волшебно!

Хихикающая группа из двенадцати девушек в черных трико, ярко-розовых пачках и с кроличьими ушами на голове поспешила за ними следом.

Трое мужчин в длинных черных плащах охраняли вход в клуб.

Мелани подошла к ним.

– Мы в списке, – произнесла она с такой гордостью, будто ее пригласили в самый престижный клуб мира.

Ханна догадывалась, что клуб «Кальветти» популярен, но, судя по реакции Мелани, он был самым крутым в стране.

К счастью, Мелани была так взволнованна, что даже не расспросила Ханну о владельце клуба. Ханна меньше всего хотела, чтобы Мелани думала, будто она в него втюрилась. Хватит того, что семья считает ее латентной лесбиянкой. Ханне достаточно заикнуться о том, что ей понравился какой-то мужчина, чтобы ее тут же начали выдавать замуж.

Вышибала просмотрел список, шагнул в сторону и приподнял красную ленточку, выполняющую роль ограждения.

– Приятного вечера, дамы! – сказал он, улыбаясь, когда они проходили мимо него.

Швейцар провел их через клуб, заполненный людьми, двигающимися в такт громкой музыке, и подвел к лестнице, огороженной красной ленточкой.

У Ханны екнуло сердце, когда она увидела знакомого охранника у двери с надписью «Частная территория».

Получается, Франческо в клубе?

К ним подошел молодой красавчик, одетый в черное, и провел их к большому круглому столу в углу. На столе уже стояли шесть ведерок со льдом и шампанским.

– Ого, – произнесла Мелани. – Это для нас?

– Да, – подтвердил он, откупоривая первую бутылку. – За счет клуба. Если вам что-нибудь понадобится, скажите. Наслаждайтесь!

– Могу я попросить стакан лимонада? – сказала Ханна и тут же вспомнила о том, как обещала себе радоваться жизни.

Мелани и ее подружки принялись уговаривать ее выпить шампанского.

Ханна лучше остальных знала, насколько хрупка человеческая жизнь, но только после аварии поняла, что начиная с двенадцати лет она не жила, а выживала. Встреча с Франческо только усилила эти ощущения. Рядом с ним ей хотелось быть раскованной и спонтанной.

Устроившись за столом, она отпила шампанского и округлила глаза, когда пузырьки защекотали ей язык. Она сделала несколько глотков.