Волшебные греческие ночи

– Вы готовы играть в карты? – Обеим нравилась карточная игра рамми, и они частенько играли в нее, когда Табита заканчивала смену.

– Нет, дорогая, моя голова еще недостаточно прояснилась. Я хотела поговорить с тобой про сегодняшний бал.

– Про бал-маскарад? – удивилась Табита.

– А что, есть какой-то другой бал?

Табита рассмеялась.

– Надеюсь, нет. Я рада, что удалось поработать сверхурочно, но подготовку к новому балу я не выдержу без выходного. – А вот выходной Табита не могла себе пока позволить.

В глазах миссис Коултер блеснул огонек.

– У меня есть билет на этот бал.

– Да что вы, неужели? – Билет на бал стоил сорок тысяч евро. Но прежде чем потратить такую астрономическую сумму, нужно еще получить приглашение. А чтобы быть приглашенным, нужно было быть богатым и входить в мировую элиту. Не секрет, что все одинокие женщины, которых пригласили, были моложе тридцати лет, и ходили слухи, что Гианнис Басинас организует бал, чтобы найти себе новую жену. Миссис Коултер была богатой и недавно овдовела, но она не входила в мировую элиту, и ей было гораздо больше тридцати лет.

Миссис Коултер подмигнула Табите.

– У каждой леди есть свои секреты, дорогая.

Табита почувствовала волнение. Пойти на такой бал… Она видела все приготовления к этому событию, о нем только и говорили. Было очевидно, что это будет бал века.

– Хотите, я сделаю вам прическу и маникюр? Моя смена заканчивается в четыре, так что у меня будет время…

– Нет, дорогая.

– Простите?

– Я купила билет тебе.

Табита потеряла дар речи. Она в недоумении уставилась на пожилую седоволосую даму с живыми глазами. Странное у нее, однако, чувство юмора. Это, должно быть, злая шутка. Кто в здравом уме потратит сорок тысяч евро на билет на бал для горничной? Миссис Коултер снова дотронулась до руки девушки.

– Табита, ты мой ангел-хранитель. Ты проявила обо мне такую трогательную заботу, тратила на уход за мной свое личное время, а вот мои дети не удосужились даже позвонить, чтобы справиться о моем самочувствии.

Табита судорожно сглотнула. Луч света? Она?

Девушка давно не слышала столь лестных слов в свой адрес. Только отец и бабушка, его мама, когда-то говорили ей добрые слова. Но любимая бабуля умерла, когда Табите было семь лет.