Волшебные греческие ночи

– Позвольте мне, – пробормотал он, снова беря ее раненую руку в свою.

Табита затаила дыхание, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Он снял маску. Его красивое и сосредоточенное лицо оказалось совсем близко.

– Можете пошевелить пальцами?

Она прочистила горло и едва слышно ответила:

– Да.

Он неторопливо промокнул ранку небольшим полотенцем, обмотав его вокруг ладони.

Затем осторожно снял полотенце. Крови практически не было.

– Нужно заклеить порез пластырем, – деловито сказал он, достав пластырь из несессера, на поверку оказавшегося сумкой с набором для оказания первой помощи.

– Вы тайный доктор? – шутливо спросила она, чтобы как-то отвлечься от его притягательной близости.

Он мельком взглянул на нее и ответил:

– Привычка с университетских времен. Мама настаивала, чтобы набор для первой помощи всегда был под рукой.

Он зубами надорвал упаковку и вынул пластырь.

– Ваша мама так вас опекала?

Гианнис хрипло усмехнулся.

– Она просто разумная и практичная женщина.

Табита подчинилась и, затаив дыхание, наблюдала, как он заклеил порез пластырем.

– Готово, – объявил он и поцеловал ее ладонь в пластырь.

Табита затрепетала. Внутри разлилось приятное тепло. Ее неудержимо влекло к этому мужчине.

Гианнис рассматривал лежащую в его крупной руке ладошку. Он погладил ее пальцы, удивившись мозолям на их кончиках.

Он хотел было спросить, откуда мозоли, но, встретившись с ее васильковым взглядом, забыл обо всем на свете.

Сначала Гианнис намеревался только обработать и заклеить порез и отправиться смотреть фейерверк.

Он не подозревал, что Табита так возбуждающе на него подействует.

После смерти жены Анастасии он не жил монахом. У него всегда было много подружек как до свадьбы, так и после того, как он овдовел.

Но ни одна из них не возбуждала его так, как Табита. Хотя девушка лишь застенчиво ему улыбалась.

Ему страстно захотелось увидеть ее лицо без маски.

У Гианниса от восторга перехватило дыхание. Табита была красива какой-то неземной, волшебной красотой, напоминая ему сказочную фею.

Он придвинулся ближе, осторожно провел кончиками пальцев по ее лицу, шее, задержавшись на пульсирующей жилке у ключицы, а затем прижался губами к ее чувственному рту.

Табита замерла.