Взгляд из ночи

– А где же остальные слуги? Где ваш сич, наконец?

– Вы правы, господин, нас было больше двухсот человек и еще целая деревня сича, но шесть лет назад здесь высаживались пираты Иннамара, этого трехпалого убийцы. Они перебили почти весь сич, а оставшихся в живых увезли с собой. Мы держали осаду три недели, все, кого вы видите, последние защитники Линструма.

– Что ж, я должен радоваться, что остались хотя бы вы, – сказал граф. – Биррис, – обратился он к старшему капитану дунгаров, – пусть гвардия заходит в замок, а сич расположите лагерем под стенами Линструма.

– Я понял, господин, – поклонился Биррис и бегом отправился выполнять приказание.

Вскоре первые сотни дунгар начали заходить во двор замка и под руководством капитанов располагаться прямо на мостовой. Солдаты были неприхотливы и радовались даже такой возможности отдыха.

– Как здесь с дичью, Надир? – спросил граф. – Войску нужно много мяса. Сидя на растительной пище, мой сич не сможет воевать.

– С этим все в порядке, мой господин, в лесах развелось много диких свиней.

– Кансай, – позвал граф одного из капитанов. Тот сейчас же подбежал к господину. – Кансай, выдели из своей сотни столько солдат, сколько попросит этот человек. Они пойдут в лес загонять свиней. А для ловли рыбы, я думаю, подойдет и сич. Как думаешь, Надир, сич сумеет ловить рыбу?

– Да, господин, сумеет, это нетрудно, – кивнул Надир.

– Тогда действуйте. А я пойду посмотрю, как устраиваются войска возле замка. Биррис!

– Я здесь, господин.

– Пойдем со мной за ворота…

– А как же Хавир, ваша светлость? – спросил оруженосец, удерживая коня.

– Уведи его в конюшню. Сегодня он мне больше не нужен, – распорядился граф Леонар и направился к воротам. За ним последовал Биррис. Как только граф ушел, капитаны вернулись к своим дунгарам.

Первым, что бросилось в глаза графу, когда он вышел из замка, был лежащий на земле сич.

Тем не менее обустройство лагеря шло своим чередом. Повсюду метались капитаны, подгоняя отупевших от усталости солдат, пытаясь ускорить работу.

Справа в сторону леса удалялись около полусотни длинных повозок, которые тянули безотказные тяжеловозы. Граф Леонар не переставал удивляться выносливости и неприхотливости этих животных.