Битва над бездной

 – Но ничего, хоть легким напитком подлечите свой желудок.

– Вы правы, Андрей Ефимович, ему можно немножко сока выпить, это поможет, я знаю по своему опыту, – поспешил поддержать его Гриша, а потом, закатив глаза под самые веки, эмоционально добавил: – О-о, мне тоже приходилось не раз страдать от отравления.

– Тогда всем за стол, – скомандовал Моисеенко и первым плюхнулся на стул, что стоял у окна, жестом руки указав Эди на место рядом с собой.

По левую сторону от резидента сел Марк, а Гриша по правую сторону от Эди.

Дождавшись, когда все усядутся, Моисеенко весело произнес:

– Гриша, чего ждешь, наливай, я кушать хочу, а то с утра ничего не ел из-за этих бесконечных совещаний. Мне, как всегда, армянского коньяка, люблю его и ничего поделать не могу с собой, а Эди, конечно, сока, у него сегодня диета.

– Мне спиртного нельзя, я за рулем, – буркнул Марк и потянулся за бутылкой минеральной.

– Ишь как устроились, Эди подавай сока, а тебе минеральную, – рассмеялся Моисеенко. – Но ничего, пусть так и будет, нам с Гришей больше достанется.

Гриша тем временем налил резиденту и себе коньяка, а Эди – полный бокал виноградного сока.

– Друзья, для начала хочу сказать тост за Эди, – произнес Моисеенко. – Он настоящий мужчина. Его не сломила тюрьма, в которой он оказался беспричинно. Более того, находясь там, он смог помочь моему другу и еще кое-кому, за что мы ему очень благодарны. Эди является сильным каратистом и ученым. Он занимается историей своего многострадального народа.

– Андрей Ефимович, после такого тоста мне никак не годится пить сок. Понимаете, если об этом узнают мои друзья, они засмеют меня, – промолвил Эди, улыбнувшись, и поставил на стол бокал с соком, который держал в руке, будто собираясь выпить его содержимое.

– Правильно говоришь, Гриша, налей ему этого прекрасного грузинского вина, – предложил развеселившийся резидент, указав на одну из стоящих на столе бутылок.

– Не надо, я, как и вы, Андрей Ефимович, выпью армянского коньяка, – заявил Эди и, наполнив до краев одну из стоящих на столе чистых рюмок, единым махом выпил. Затем, несколько сморщившись, чтобы показать, как трудно ему удалось это сделать, попросил Марка налить в ту же рюмку минералки.