Битва над бездной

– А ничего, просто нужно сказать, что в паспорте держал деньги на оплату гостиницы.

– И это срабатывает?

– Блатные убеждали, что на все сто.

– Что сказали? – растянуто переспросил Моисеенко.

– На все сто, – повторил Эди и тут же, поняв, что тот не вник в смысл произнесенной им фразы, добавил: – Иначе говоря, блатными это не подвергается сомнению.

При этом ему неожиданно пришла в голову мысль, а учился ли Моисеенко в советской школе, если он не знаком с таким словесным оборотом. В стране любой старшеклассник знает это словосочетание.

– О-о, теперь понятно, – произнес Моисеенко и после секундной паузы как ни в чем не бывало продолжил: – Если блатные настолько уверены, тогда все нормально. Тем не менее хочу, чтобы вы напрасно не рисковали, – менторским тоном произнес он и умолк.

– Спасибо за заботу, но я, особенно после минской тюрьмы, многое понял, – промолвил Эди, наблюдая за тем, как осторожно, чтобы не шуметь, к нему подходит Елена.

– Это радует, но не меньше радует и то, что поддерживаете дочь Саши. Вы просто молодец, что сразу к ней поехали. И вообще, девушке надо помогать, ведь ей без отца трудно приходится, да и, кроме того, в ее возрасте нужно, чтобы рядом всегда был надежный человек. Вы же понимаете меня.

– Андрей Ефимович, вы правы… – начал Эди, сделав попытку уступить Елене стульчик.

– Дорогой Эди, не хотел говорить, но все-таки скажу, чтобы знали… Одним словом, Леночка ввела вас в заблуждение, когда говорила, что ездила к своим подмосковным родственникам.

– Вы думаете? – удивился Эди.

– Я не думаю, а знаю, что она где-то с кем-то душу отводила.

– Какой резон ей вводить меня в заблуждение? – недоуменно произнес Эди.

– О-о, понимаю по тому, как говорите, что она рядом. Просьба, не дайте ей почувствовать, что мы знаем о ее сердечных проделках, кажется, так это называется. Но знать, с кем имеем дело, не помешает. Ведь мы помогаем ее отцу и потому вправе рассчитывать на откровенность, а у нее какие-то тайны. Я это все к тому, чтобы вы были внимательны и не доверяли ей полностью.

– Честно говоря, мне неприятно это слышать, – расстроенным голосом промолвил Эди.