Искушение на Фиджи

Единственное сожаление Джимми по поводу того, что Массимо женился на ней, заключалось в том, что он потерял личную медсестру, которая так о нем заботилась.

И каковы бы ни были его чувства по отношению к бывшей жене, Массимо знал: Ливия тоже любит Джимми.

– Ты будешь игнорировать меня весь полет?

Массимо стиснул зубы, услышав хрипловатый голос Ливии.

Его жена всегда была прямолинейной. Если ей что-то не нравилось, она сразу говорила об этом. Долгое время объектом ее недовольства был Массимо. Ее заявление о том, что она уходит от него, не стало неожиданностью, а принесло ему облегчение.

Брак с Ливией превратился из страстного и бодрящего романа в эпицентр военных действий. Она снова и снова спрашивала: почему он проводит так много времени на работе? Ночами, в которые они были вместе последние несколько месяцев, Массимо лежал спиной к Ливии. Она даже стала надевать ночные рубашки.

Он сглотнул подступивший к горлу ком и оглядел Ливию с головы до ног.

– Ты постриглась, – протянул он.

Ее красивые густые темно-каштановые волосы, ниспадавшие, как облако, до поясницы, теперь были длиной до плеч, с отдельными прядками, выкрашенными в медовый цвет. Ливия не была первой красавицей, но Массимо считал ее ошеломляющей. Она напоминала ему чувственный фейерверк с хрипловатым смехом. Он услышал этот смех в церкви, пока они ждали его сестру, а потом заметил женщину у себя за спиной и понял, что его жизнь изменилась. Он воспользовался первой же возможностью поговорить с ней и поразился тому, какой у нее пытливый ум.

В Ливии он нашел женщину, которую всегда искал, не подозревая об этом. Вернее, так ему казалось.

Ее темно-карие глаза, всегда такие выразительные, округлились. Она сдавленно хохотнула.

– Это все, что ты можешь сказать? – спросила она.

Не дожидаясь ответа, она расстегнула ремень безопасности и вскочила.

Массимо мрачно заметил, что она похудела.

Поджимая соблазнительные, пухлые губы, она прошла мимо него в ванную и резко закрыла за собой зверь.

Массимо потер пальцами подбородок и постарался перевести дыхание.

Он не ожидал, что ему будет легко, но все оказалось в тысячу раз сложнее.

Ливия села на закрытое сиденье унитаза, обхватила себя руками и постаралась сдержать слезы. Она не предполагала, что эмоции поглотят ее, а в груди появится такая сильная боль.

Она пролила достаточно слез из-за этого человека.

Массимо никогда не любил ее – об этом она должна была постоянно напоминать себе.