Эхо неугасшей любви

Тоже отпила кофе. Он оказался чуть крепче того, к чему она привыкла, но вполне сносным.

– Нормальный.

– Просто кощунство называть это кофе. – Яннис выпил еще немного, чтобы убедиться в ужасном вкусе напитка. – Теперь я понимаю, почему его называют «растворимым». Растворимая гадость!

– Тогда почему бы тебе не вернуться домой и не попросить кого-то из слуг сварить тебе нормального кофе?

– Скоро уйду. У тебя в холодильнике и в шкафчиках почти ничего нет. Что ты будешь есть на ужин?

– Возьму что-нибудь из запасов.

– Где они?

– Хочешь сказать, что ты не раскрыл всех тайн моей тесной яхты?

– Можно еще посмотреть?

– Нет. Запасы я храню в рундуке на носу. А теперь, если ты не собираешься допивать кофе, можешь идти. Если хочешь допить, допивай и уходи.

– Ты хочешь, чтобы я ушел?

– Да. И если еще хоть раз вернешься до завтрашнего утра, уйду я.

– И не поговоришь со мной?

– Говорить хочешь ты, не я.

– Пока не поговоришь со мной, я ничего не подпишу.

– Думаешь, мне не все равно?

В его голосе проступила досада.

– Я думал, ты ждешь не дождешься, когда нас разведут окончательно!

Ей каким-то образом снова удалось сдержаться.

– Предпочитаю, чтобы нас развели как можно скорее, но, если придется еще немного подождать, ничего не поделаешь.

– Я могу и вообще отказаться что-либо подписывать.

– Можешь, – согласилась она с холодностью, которая не сочеталась с пылающим внутри ее пламенем. – Но даже если ты ничего не подпишешь, я все равно получу развод по законам Агона.

– Через десять лет.

– Через восемь с половиной, – возразила она. – Мы живем раздельно уже полтора года.

Они поженились на острове Агон и провели там всю недолгую совместную жизнь, поэтому расторжение брака должно было происходить по местным законам. В соответствии с ними, если один из супругов не дает согласия на развод, брак можно расторгнуть через десять лет после разъезда.

Мысль о том, что придется так долго ждать, чтобы избавиться от него, была невыносимой. Неужели он собирается так долго тянуть ей назло? Ну да, ведь после развода у него не останется больше средств ее мучить.

– И как ты жила эти полтора года?

– Завтра отвечу. – Керен встала и положила ладонь на столешницу, чтобы не пошатнуться. – Прошу тебя, Яннис, уходи. Твое присутствие меня злит, а сегодня я не хочу злиться. Нам обоим нужно погоревать, но вместе ничего не получится.

Это им никогда не удавалось.

Лицо у него напряглось. Чувственные губы поджались.