Его любимая скрипачка

Словно Пьер Гаскин был обязан постоянно держать в руках свой телефон на случай, если Колетт Бартез – самая известная классическая певица в мире – соизволит ему позвонить.

– Но я поговорила с его очаровательным помощником, который сказал мне, что сегодня утром он приехал поздно в офис, выдал каждому работнику по пятьсот евро и сказал, будто уходит в отпуск на ближайшие три месяца. А потом он уехал в аэропорт.

– Похоже, он все-таки его продал, – пробормотала Амалия.

Еще две недели назад Пьер Гаскин – бывший владелец Музыкального театра, изо всех сил старался найти деньги на оплату счетов за отопление.

– Похоже на то, милая. Скажи мне, зачем принц Талос купил театр? Я не знала, что он меценат.

– Понятия не имею, – ответила она, ее кожу начало покалывать при упоминании его имени. Она нахмурилась, потому что ей не нравилось врать.

Она не рассказала своей матери ничего из того, что случилось в прошедший уик-энд, потому что у нее не было сил справиться со своей реакцией на Талоса.

– Я знала его отца, принца Летантоса… – Голос матери стал мечтательным. – Я пела для него однажды. Он был таким… мужественным!

– Мама, мне надо уходить.

– Конечно, дорогая. Если ты снова встретишься с принцем Талосом, передавай ему от меня привет.

– Передам.

Положив телефон на стол, Амалия провела руками по лицу.

Ей оставалось только одно – сказать Талосу Каллиакису правду.

Глава 3

Когда Талос нажал на кнопку звонка входной двери Амалии, он знал, что она будет его ждать.

Она уставилась на него бесстрастно, словно между ними ничего не происходило. Словно она не теряла самообладание в его присутствии.

Он последовал за ней на кухню.

На столе стояли поднос с пирожными и две тарелки. Амалия только что сварила кофе. Она была в черных джинсах, обтягивающих ее стройные ноги, и серебристом топе. Ее прямые темные волосы были зачесаны назад и уложены в свободный пучок на затылке.

Было ясно, что она что-то задумала. Время поджимало.

Талос снова вспомнил, что планировал вернуться домой после прослушивания в субботу и провести остаток уик-энда с дедом. Вместо этого ему пришлось покупать это ужасное парижское здание. И для чего? Чтобы уговорить профессиональную скрипачку выступить перед королем.

Талос сел на стул. Он был уверен, что Амалия согласится с его предложением.