Застывший огонь

Вы можете идти, – сказал лейтенант, и охранник, неловко повернувшись, вышел в коридор.

– Итак, мистер Фрозен, теперь вернемся к вам. А ты присядь, Браннер, а то мистер Фрозен только на тебя и смотрит.

Сержант опять усмехнулся и, отойдя в сторону, сел за стол Нэнси Крайчек.

– Как ваша отвертка попала в туалет, мистер Фрозен?

– Я ее выронил, сэр.

– А зачем вам понадобилось идти в туалет с отверткой?

– Дело в том, что замок был заперт изнутри, а я раскрутил его снаружи и таким образом открыл дверь.

Под сержантом Браннером скрипнул стул.

– И что же вы сделали потом? – продолжал допрос лейтенант.

– Я? Я испугался, и меня вырвало, – сказал Ленни и почувствовал, что тошнота опять накатывает на него.

– То есть вы разбирали замок только из любопытства, мистер Фрозен? Правильно я вас понял?

– Выходит, так, – немного подумав, ответил Ленни.

– А вам не кажется странным, мистер Фрозен, что человек, придя на службу, хватает отвертку и начинает разбирать замки на дверях? Вы же не монтер, мистер Фрозен.

Под мускулистым телом сержанта Браннера снова заскрипел стул, лейтенант Стакпол поднялся.

– Пойду прогуляюсь, а вы, мистер Фрозен, посидите подумайте, – может, еще что-нибудь вспомните.

Лейтенант направился к двери, потом вернулся и, взяв со стола шляпу, вышел.

Как только за ним закрылась дверь, сержант Браннер поднялся со стула и, вздохнув, начал буднично снимать помятую шляпу и пиджак.

– Иди сюда, родной, я помогу тебе вспомнить все.

– Что, простите? – растерянно спросил Ленни, медленно поднимаясь.

– Сюда иди, – приказал Браннер.

Ленни подошел к сержанту ближе, тот схватил его за шиворот и ударил в солнечное сплетение.

От неожиданности Ленни едва не потерял сознание. Из-за сильной боли заломило в затылке, а в глазах поплыли красные круги. Откуда-то издалека прилетел образ – незнакомое злое лицо и беззвучно шевелящиеся губы.

Наконец спазм отпустил Ленни, и ему удалось сделать вдох.

– Куда дел голову? – явственно расслышал Ленни, а через пару секунд до него дошел смысл вопроса. Какой ужас! Его, Ленни Фрозена, подозревали в чудовищном убийстве!

– Я… я никого не убивал, мистер Браннер.