Похищение девственницы

Над малышом склонилась совершенно другая девушка.

Это была восхитительная красавица, захватывающая дух улучшенная версия юной Зоуи с давней фотографии. От красного мешковатого кардигана и уныло висящих волос не осталось и следа. На ней было простое платьице из серого джерси, которое подчеркивало изгибы хрупкого тела. Длиной до колен, оно изящно драпировалось на бедрах и, похоже, теперь было на размер больше, чем требовалось. Зоуи надела также черные легинсы, и она даже представить не могла, как притянут его взгляд ее оголенные щиколотки.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – тихо сказал по-гречески Костас.

Антон был зол на себя за неуместные мысли и потому резко ответил:

– Сконцентрируйся на работе.

– Она…

– Наверное, сейчас подходящий момент для того, чтобы сообщить, что я знаю язык, – проинформировала их Зоуи на идеальном греческом. Она выпрямилась, и ее чистые голубые глаза игриво засверкали. – Я тоже надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, Антон Паллис. И если ты намерен своим поступком изменить мое мнение о тебе и Тео, это вряд ли получится.

От девушки не укрылось смущение Костаса, хотя ее взгляд был прикован к его работодателю. Антон же был невозмутим – ни тени стыда, как будто он только что не обсуждал ее, не учитывая, что она может знать греческий язык.

Он одарил Зоуи завораживающей улыбкой и, прислонившись к кухонному столу, засунул руки в карманы.

– Значит, не все греческое тебе чуждо? – пробормотал он, заставляя ее посмотреть в его чертовски привлекательные темные глаза.

– Иначе мне пришлось бы возненавидеть своего отца, – заметила она.

– И часть себя, поскольку ты наполовину гречанка. Давай, Костас, побыстрее, – поторопил Антон сотрудника с той же мягкой интонацией.

Костас Демитрис что-то пробормотал себе под нос и направился к двери. Предчувствуя опасность, словно ее собирались оставить один на один с хищным зверем, Зоуи струсила и решила сбежать.

– Я покажу, что надо взять наверху, – сказала она Костасу. – И еще я отдам коробку с моими личными документами.

Самодовольно улыбающийся Антон остался в одиночестве.

Но его улыбка исчезла, не оставив и следа, когда полчаса спустя они собрались в холле.

Спокойный и собранный, Антон изучал профиль Зоуи Канеллис. Легкий макияж, который она наложила, не мог скрыть напряжение на ее лице. Зоуи накинула черный жакет и дрожащими пальцами пыталась застегнуть пуговицы. На полу рядом с ней в переносном креслице-шезлонге спал ее брат.