Пожиратель Душ

Судя по ее бледному лицу, она изо всех сил крепилась, чтобы не поддаваться панике.

Щель, оставленная ими для воздуха, исчезла. На ее месте возникла стена плотного, точно утоптанного снега.

– Пока ты спал, – сказала Ренн, – я все время копала, но так и не смогла выбраться наружу. Нас совершенно засыпало. Должно быть, всю ночь мело.

Торак заметил, что она просто сказала «мело всю ночь», а не «ветер, должно быть, похоронил нас заживо, пока мы спали». Значит, она еще не совсем пала духом.

– Где мой топор? – спросил он.

И тут лицо Ренн исказилось.

– Снаружи! Оба топора остались снаружи! Мы сами их там оставили. Там же и все остальное наше снаряжение.

Торак молча выслушал это, а Ренн с отчаянием прибавила:

– Надо было мне все внести в пещеру!

– Здесь не было места.

– Надо было мне расчистить немного места! Надо было головой думать!

– Ты же обо мне заботилась. Нет, Ренн, ты ни в чем не виновата. Ничего, у нас есть ножи.

Откопаемся.

И Торак вытащил нож, который прошлым летом сделал для него Фин-Кединн. Тонкое лезвие из большой берцовой кости северного оленя, укрепленное тонкими, как листок дерева, пластинками кремня. Да уж, этот прекрасный нож совсем не годился для того, чтобы копать им плотный, прибитый ветром снег. Мощный отцовский нож из голубого сланца был бы куда лучше.

Но Фин-Кединн предупредил Торака, чтобы тот никому этот нож не показывал, а лучше спрятал бы его поглубже в свой ранец.

И теперь Торак очень жалел, что именно так и поступил.

– Ладно, давай начинать, – сказал он Ренн, стараясь, чтобы голос его звучал как можно спокойнее.

Это было страшно – копать проход в снегу, понятия не имея, сколько им еще придется копать и в каком направлении. Кроме того, им некуда было девать уже выкопанный снег, разве что себе за спину, и, как бы усердно они ни работали, они по-прежнему оставались все в той же тесной норе, точно в ловушке.

С подтаивавших стен выкопанного коридора им за шиворот падали капли талой воды, и это тоже здорово действовало на нервы. Вскоре дыхание у обоих стало каким-то чересчур громким, почти паническим, и, когда они продвинулись вперед примерно на длину вытянутой руки, Торак опустил нож и сказал обреченно:

– Нет. Ничего не получается.

Ренн смотрела прямо на него. Ее глаза казались огромными.

– Ты прав.