Брат мой Волк

Вскоре у Торака начали ныть связанные кисти рук. «Ладно, пусть ноют», – думал он злобно. Он был страшно зол на себя. «Всегда сперва посмотри, что у тебя сзади». Отец столько раз повторял это ему! А он не посмотрел. И вот теперь за это расплачивается, а вместе с ним и Волк. Из мешка, висевшего у девчонки за спиной, больше не слышалось ни рычания, ни придушенных воплей. «Неужели он задыхается? А вдруг он уже умер?» – в ужасе подумал Торак.

И стал упрашивать Ренн хоть немного приоткрыть мешок и дать волчонку глотнуть воздуха.

– Не нужно, – заявила она, даже не обернувшись, – я же чувствую, как он там дрыгается.

И Торак, стиснув зубы, пошел дальше, понимая, что просто необходимо поскорее что-то придумать для их спасения.

Ослак неотступно следовал за ним, а Хорд постоянно маячил впереди всех. На вид Хорду было лет девятнадцать. Этот красивый и хорошо сложенный юноша выглядел одновременно и чересчур самоуверенным, и каким-то неспокойным: похоже, ему отчаянно хотелось быть во всем первым, но он – и, видимо, не без оснований – боялся, что всегда и во всем будет в лучшем случае только вторым.

Ладно сшитая одежда его отличалась аккуратностью, да и цвета в ней были здорово подобраны: куртка и штаны прошиты жилами, сплетенными в косичку и окрашенными красной краской, а по краю отделаны еще какими-то птичьими перьями с зеленоватыми пятнышками. На груди у Хорда красовалось потрясающее ожерелье из зубов благородного оленя.

Торак был озадачен.

Зачем охотнику такая яркая цветная одежда? А это ожерелье еще и брякает при каждом движении, что уж вообще никуда не годится.

Ренн лицом походила на Хорда, и Торак догадался, что они, наверное, брат и сестра, только Ренн года на четыре моложе. На ее светлой коже была отчетливо видна племенная татуировка – по три тонкие темно-синие полоски на каждой скуле, – придававшая ее облику несколько излишнюю резкость и вызывавшая недоверие. «Вряд ли, – думал Торак, – я когда-нибудь стану просить ее о помощи».

Куртка и штаны Ренн, сшитые из оленьей шкуры и довольно грязные и потертые, не отличались изысканностью, зато ее лук и колчан со стрелами были просто великолепны; стрелы были искусно оперены перьями совы и летели, видимо, совершенно бесшумно. На большом и указательном пальце левой руки Ренн носила кожаные перстни-обереги, а на правом запястье еще один оберег – браслет из зеленого полированного сланца.