Штормовые джунгли

Закончив с едой, майор расплатился, оставив щедрые чаевые, и, покинув ресторан, облегченно вздохнул.

Немного постоял, наблюдая, как проскакивают по проезжей части однообразные автомобили. Затем прошел вдоль улицы метров пятьдесят и по подземному переходу вышел на другую сторону, почти к самым дверям магазинчика, торговавшего высушенными штаммами ароматических бактерий.

Этот товар продавался в виде разноцветных пластинок и пользовался некоторой популярностью. Он не только издавал ароматы, но и мог поглощать неприятные запахи, и тогда пластинки темнели, пока не становились черными.

Издавая же ароматы, они только со временем бледнели.

Далеко запахи не растекались, поэтому можно было разложить разные пластинки по углам комнаты, и жильцы в каждой зоне жилья имели совершенно разное ароматическое сопровождение.

Линермай слышал, что разводили этих бактерий в каких-то теплых бассейнах, где-то в далеких колониальных владениях, но плохо себе это представлял. Однако удивляться таким обычаям колоний он не спешил, ведь в Метрополии было известно, что в некоторых варварских мирах имело место пристрастие к разного рода ароматическим жидкостям, которые изготавливали из растительных масел и душистых порошков.

В магазинчике майор прошелся вдоль витрины, ткнул пальцем в первый попавшийся набор пластинок и, понюхав пробник через небольшое отверстие в демонстрационном боксе, получил товар, расплатился и ушел.

– Вот уж не думал, что военные интересуются ароматами, – заметил помощник продавца – молодой гоберли, который видел этого военного впервые.

– Возможно, он купил их в подарок, – сказал старший гоберли, владевший магазинчиком. – Ты вот что, постой за прилавком, а я схожу – травки покушаю…

– Да как вы можете есть это безвкусное сено, достопочтенный Шрандель?

– Сено или нет, а для здоровья полезно. А ты, пока молодой, лопай свою химию, – сказал старший гоберли, вышел из магазинчика и, перейдя улицу по подземному переходу, зашел в ресторан «Натуральные продукты».

Там он заказал водоросли пугу – длинные и мучнистые, которые приготавливались с шафрановой пудрой.

Пока готовили заказ, отправился в туалет и, заперев дверь, безошибочно подошел к тому месту, где отошедшая плитка образовывала щель.

Достав иголочку, гоберли подцепил пластиковый билет в два саквера и, понюхав его, своим тренированным обонянием сразу определил, что на билет наносилась невидимая краска.