Штормовые джунгли

Вскоре три команды по пятьдесят бойцов прорвались на борт «Алуэтта», имея подробнейшие планы расположения палуб и служб.

Какое-то время они двигались без всяких препятствий, пока им не начали попадаться отряды ополчения, состоящего из членов команды – от инженеров до двигателистов с механических палуб.

Эти отряды рассеивались и уничтожались достаточно быстро, и штурмовые подразделения двигались дальше. Их целью была командная палуба, также называемая – «гражданской». Именно там должны были находиться главные персоналии.

Командиры штурмовых групп не знали, как выглядит важный мятежник. Им был известны лишь его статус и имя.

И ополчение корабля, активно обороняясь, невольно выдавало самое верное расположение главных персон на крейсере.

По мере приближения к верхним палубам оказывать сопротивление штурмовикам стали наиболее подготовленные бойцы из контрштурмовых отрядов.

Сначала это были заградительные группы по четыре-пять бойцов, хорошо вооруженных и оснащенных. Потом стали появляться группы из шести-восьми бойцов, вооруженные автоматическими гранатометами.

Никто уже не думал о том, чтобы сохранить в целости магистрали корабля, и все стреляли из того, что имелось.

Свистели осколки, из труб вырывался пар и струи водозаменителя. Отделочные плиты разносило взрывами в мелкий серпантин, однако подготовка штурмовых подразделений была значительно выше. Они проводили годы в ежедневных тренировках на макетах сотен видов гражданских судов и кораблей.

Стандартно преодолевались засады, стандартно вскрывались двери, стандартно добывалась разведывательная информация от пущенных в проходы мини-роботов-разведчиков.

Защитники корабля защищались мужественно, однако несли потери и пятились. А между тем три крейсера флотской группы уже приблизились к беглецу на дистанцию кинжального огня, однако на «Алуэтте» до этого уже никому не было дела.

Спустя неполный час штурмовые группы прорвались на верхние палубы, а находившийся в роскошной каюте судья Роллакс пребывал в состоянии абсолютного шока.

Еще несколько часов назад он ощущал себя великим мстителем. Он отдавал командиру приказ, и «Алуэтт» своими пушками подавлял любое сопротивление и разносил далекие цели на выбор. Затем включалась станция «Верея», и «Алуэтт» полностью исчезал с экранов имперских радаров.