Больше ни слова лжи

Элеанор видела достаточно мужчин в такой одежде, но почему-то только у Лукаса она отметила и ширину плеч, и узкие бедра. От него исходило нечто, притягивающее ее взгляд, – так же, как пламя свечи обладает некой притягательной силой для мотылька.

В мозгу Элеанор промелькнули события прошлой ночи. Ей снился сон о его ледяном отеле… И о нем…

Лукас отлепился от косяка и зашел в гостиную. Только тогда Элеанор заметила, что в руке у него стакан с водой, а в горле у нее сухо, как в пустыне. И, кажется, побаливает голова.

Он протянул ей стакан, и она жадно его осушила.

– Спасибо. – Элеанор огляделась. Она была готова смотреть куда угодно, только не на него. – Вам следовало разбудить меня прошлой ночью.

– Диван мне был не нужен.

Она поставила пустой стакан на столик.

– Это не оправдание.

– Я снял с вас ботинки, но вы, похоже, так сильно устали, что вряд ли проснулись бы, случись даже землетрясение.

Элеанор скорчила гримаску.

– Это, должно быть, от алкоголя.

– В Санкт-Петербурге вам представится не один шанс привыкнуть к нему, если вы будете на меня работать.

Она сузила глаза.

– Вы рады, что я осталась, верно?

– Я бы не сказал, что рад. Но если вы намекаете, что это дает мне шанс получить то, что я хочу, тогда, полагаю, да, я рад.

– И вы хотите меня?

Когда молчание затянулось, Элеанор сообразила, что именно она ляпнула.

– То есть, вы хотите, чтобы я на вас работала, само собой разумеется, – торопливо поправилась она.

Лукас улыбнулся:

– Да.

Элеанор покачала головой:

– Я никогда не оставлю свою работу. Мое сердце принадлежит Харрингтонам.

– А вы всегда следуете зову сердца?

– Да, как правило. Семья много для меня значит. И я им нужна.

По крайней мере она надеялась на это.

– Оставаясь в семейной компании, вы ограничиваете свои творческие возможности.

Элеанор почувствовала правоту в его словах и ощетинилась.

– Это циничное замечание.

Лукас пожал плечами.

– Томасо считает, что вы обладаете огромным потенциалом, развитие которого сдерживает ваша же работа. Я готов с ним согласиться. Какой кофе предпочитаете?

– Я выпью кофе в своем отеле, – едва справляясь с раздражением, вызванным его нападками, ответила Элеанор. Нельзя допустить, чтобы Лукас вывел ее из себя. Тем более что она еще не поговорила с Изабелл. Желательно сделать это до того, как он свяжется со Спенсером Чатсфилдом.