Горстка волшебства

Сумерки быстро сгущались, но все еще можно было различить яркие весенние цветы: они колыхались на ветру, который ерошил траву и заставлял поскрипывать дощечку на стене «Потайного кармана». Дощечка раскачивалась, словно кто-то призывно махал рукой, привлекая внимание к надписи «ПРОДАЕТСЯ».

– Они придут, – сказала Бетти, но с каждой минутой ее уверенность таяла. Дощечка снова скрипнула, будто насмехаясь. Сверху на нее уселась черная ворона; пока она смотрела на Бетти яркими глазами-бусинками, рядом примостилась вторая, а потом и третья.

Раз – к туману,

Две – к печали,

Три – уплыть в чужие дали.

Бетти проводила взглядом третью ворону, которая снялась с места и улетела – две еще оставались. Она ведь не верит во всю эту чепуху – так почему на душе так неспокойно?

– К весне мы продадим трактир, вот увидите, – сказал им папа в первую неделю нового года, после того, как повесил дощечку с объявлением.

Но недели превратились в месяцы, и вот уже близился май, а покупателей так и не нашлось.

– Мы можем отправиться куда угодно! – уговаривала Бетти. – Только представь! Может, откроем чайную на берегу моря или даже кондитерскую с мороженым… Что-нибудь повеселее, чтобы нам всем нравилось!

Конечно, одного упоминания мороженого хватило, чтобы привлечь Чарли на свою сторону, так что идея прижилась.

Но уехать из «Потайного кармана» оказалось не так просто, как представляла Бетти. Хотя трактир был теперь не таким обшарпанным, как некогда, назвать его респектабельным язык ни у кого бы не повернулся. Не проходило и недели, чтобы не отдиралась половица или не ломалась ставня. Даже сейчас папа что-то чинил наверху.

– Дому нужен ремонт, так что продаем за сущие гроши! – бодро оповестила бабушка двух покупателей, единственных, кто зашел посмотреть на трактир с тех пор, как его украсила дощечка «ПРОДАЕТСЯ».

Впрочем, основная проблема, как все они понимали, заключалась не в самом трактире, а в его расположении. С Вороньего Камня, ветреного и сырого, окруженного унылыми топями, открывался вид на тюрьму – и людей приводила сюда только жестокая необходимость. Вороний Камень был самым большим из четырех островов, известных как острова Скорби.