Западня

Торговавшие ими автоматы были развешаны на всех стенах. Требовалось лишь нажать кнопочку напротив названия выбранной компании, потом кнопочку напротив уровня комфортности и наконец выбрать конечный пункт путешествия и дату отправления. После этого хитрая машинка высвечивала необходимую для уплаты сумму и голосовым модулятором рекомендовала вставить карточку в приемное устройство.

– Ишь ты, восемьсот пятьдесят батов. Сдуреть можно! – покачал головой Барнаби, однако карточку все же вставил.

Автомат застрекотал и выбросил в сетчатую корзиночку билет.

Напарники отошли в сторону и некоторое время с интересом рассматривали проездные документы, испещренные непонятными значками и голограммами.

Рядом остановилась тележка с кучей всяких вещей, совершенно необходимых в дальнем путешествии. Тут были таблетки от укачивания и жевательная резинка, позволявшая держать желудок под контролем, а еще сувениры с гербом города, авторучки и блокноты, игральные карты, значки с прошлогодних выборов, носовые платки, мозольный пластырь, а также баночки с какой-то мазью, имевшей на этикетке странную надпись «От затруднений личного характера».

Владелец всего этого богатства с полминуты смотрел на Джека и Барнаби, видимо ожидая, что они что-то купят, однако им ничего не потребовалось.

– Парни, может, хотите чего-нибудь особенного?

– Это ты о чем? – уточнил Джек.

– Девочки…

– Девочки? Не, брат, мы прямо сейчас улетаем. Скажи лучше, откуда отправляется ближайший челнок.

– С четвертого экстрактора.

– Это где?

– Нужно идти туда, потом налево, потом вниз и снова поворот… – начал объяснять торговец.

– Подожди. Давай я куплю у тебя вот эту хреновину… Что это?

– Резиновый жуплетс.

– Жу… А для чего он?

– Помогает морщить лоб.

– Морщить лоб? – Джек и Барнаби переглянулись. – А для чего нужно морщить лоб?

– Не знаю. Некоторым нравится.

– Не, давай лучше я блокнотик куплю. Сколько стоит?

– Полбата.

– Вот тебе мой последний бат, а на сдачу отведи нас к четвертому экстрактору.

– Ну хорошо. Идемте…

23

И они пошли следом за торговцем, который, заговорив, вовсе не собирался затыкаться. Казалось, он знает все и про все. Но что самое неприятное – он стал перечислять все несчастные случаи, произошедшие с пассажирами челноков в том или ином порту. При этом в подробностях описывал, как выглядели останки жертв в момент, когда их находили.