Западня

Потом распахнулась дверь, и в зал ворвались трое в масках и с дубинками, на которых еще оставалась кровь с прошлого нападения.

– Ты же говорил, нас оставят на потом! – воскликнул Барнаби, держа в руке вилку с наколотым помидором.

– Видимо, у них изменились планы! – ответил ему Джек, вскакивая со стула.

Нападавшие бросились к выбранным жертвам, расшвыривая мебель вместе с редкими посетителями, но Джек и Барнаби разделились, чем вызвали в рядах неприятеля недолгое замешательство. После короткого совещания троица в масках погналась за Роном, и Джек сейчас же швырнул им вдогонку стул.

Другой – рослый – развернулся и, заревев, словно буйвол, бросился на Джека, но тот подставил под удар еще один стул, который и перерубило ударом дубинки, впрочем, и сама дубинка переломилась надвое. Громила с удивлением посмотрел на обломок, и в этот момент Джек достал его коронным ударом носком под колено.

Противник взревел громче прежнего, сорвал с себя маску и пошел в наступление, подволакивая подбитую ногу. Теперь Джек узнал его.

– Жофре, скотина! – крикнул он, чтобы озадачить врага, и тут же врезал ему прямо в переносицу. Это был коварный удар, рассчитанный на то, что со сломанным носом противник капитулирует, однако нос Жофре оказался крепок. Джек попытался повторить удар, но его рука попала в железный захват – этот обжора оказался не так прост.

«Он мне сейчас руку сломает!» – пронеслось в голове Джека, и он принялся отчаянно вырываться, не давая Жофре приладиться для решающего движения. Следуя за скручиваемой левой рукой, Джек с разворота заехал Жофре локтем в ухо. Хватка чуть ослабла, и Джек повторил удар.

Противник покачнулся, Джек высвободил зажатую руку, однако в следующее мгновение Жофре снова бросился на него и свалил на пол, пытаясь сомкнуть пальцы на горле жертвы.

Пришлось идти на все, чтобы вырваться из этих клещей.

– Жофре, уходим! – крикнул тот, что бился с Барнаби.

Здоровяк отпустил Джека и бросился к их третьему приятелю, который только-только поднимался с пола.

Вдвоем с Рипом они подхватили компаньона и вместе с ним выскочили на улицу.

– Еще встретимся, суки! – прокричал им вслед Барнаби, зажимая рассеченный лоб.