История Лоры Виттеншлегер

По окончании молитвы все некоторое время молча следили за выражением лица Маргариты, будучи уверены, что их обращение к Господу подействует и она придет в себя. Но женщина по-прежнему лежала с закрытыми глазами. Большой живот нерушимо лежал на ней, как могильный холмик.

– Это ничего не даст, – констатировала Ксения и поправила воротник модного полосатого пиджака, – либо будем что-нибудь предпринимать, либо поехали домой. Я не в силах на это больше смотреть.

– Да, конечно, – с готовностью согласился ее сын, – ситуация под контролем, уже вечер, разъедимся по домам.

– Ты мог бы и к нам… – предложила Элеонора.

– Да, да, конечно, Вовка все-равно с няней. Поехали, – сказала Ксения.

Едва семейство направилось к дверям, как Маргарита издала тихий стон.

– Она открыла глаза! – Вскрикнул Игорь и бросился к жене.

– Где я? – Спросила Маргарита и обвела палату глазами, – это больница, да? Я рожаю?

– Нет, миленький, ты еще не родила, – улыбнулась ей свекровь.

– Хорошо. Очень хорошо, – больная придирчиво осмотрела себя и погладила живот рукой. – Я хочу домой.

Элеонора привела медсестру. Та, завидев, что пациентка разговаривает, выскользнула в коридор. Через несколько минут несколько мужчин-докторов уже осматривали Маргариту, тактично попросив родственников оставить помещение.

Ветковские расположились на стульях в коридоре. Вскоре к ним вышел один из докторов.

– Вы муж? – Обратился он к Игорю.

– Я – муж.

– Ваша супруга пришла в себя. Но это не означает, что с ней все в порядке. Домой мы ее, естественно, пока не отпускаем. Беременность придется прервать в любом случае, как я вам уже и раньше говорил. Мне очень жаль. Иначе потеряете обоих.

– Я согласен. Когда проведете операцию?

– Немедленно. Мы уже готовы. Настоятельно рекомендую отправиться всем домой. Своим присутствием вы больной не поможете.

И доктор ушел. А растерянные Ветковские сели в «Волгу» и отправились на Рейтарскую.

– Будем ужинать? – Спросила Ксения детей и проворчала: Придется сегодня самим на стол накрывать. Люська – гуляка праздная, сегодня поздно притащится.

– Мне все равно, – вздохнул Игорь, оставляя в прихожей на вешалке темно-серое элегантное пальто.

В столовой женщины занялись бутербродами и чаем. Игорь молча курил, рассматривая клубы дыма.

Наспех перекусив, Элеонора ушла к себе и вскоре в квартире раздались звуки рояля.