История Лоры Виттеншлегер

– Что случилось, мама?! – Трясла ее за плечо Элеонора, – что с тобой?!

Ксения открыла как-то сразу постаревшее лицо, уставилась на дочь «прозревшими» глазами и, раскачиваясь медленно вперед-назад, кивая головой, отчетливо сказала:

– Это карма. Я знала, что все будет если не так, то еще страшнее.

– Что страшнее? Страшнее чего?!

– Эту девочку в семье никто не ждал, а она – эта грешная душа – пришла на Землю для испытаний. Вот они и начались, – размышляла вслух Ксения.

Элеонора, отчаявшись услышать от матери что-то, чтобы прояснило ситуацию, сама бросилась к телефону, набрала номер брата, потом, выслушав его, положила трубку на рычаг и села на стул напротив матери.

– Надо что-то предпринять, – сказала она, – не думаю, что милиция сидит, сложа руки.

– Ты-то чем поможешь, а? – Устало спросила ее мать, – молись, может Бог тебя услышит.

– Услышит, непременно услышит, – уверенно сказала Элеонора, – весь наш владимирский приход молиться за нее станет, – но нам надо листовки расклеить по Киеву.

– Мы сделаем все, что в наших силах. Но вряд ли что поможет.

– Ну почему ты такая пессимистка, мама? Карма – при чем здесь карма? Я этому твоему Лазареву не верю и читать его не собираюсь. Но из того, что ты мне рассказывала об этих всяких теориях… лишь теориях, слышишь, я поняла также и то, что душа сама выбирает родителей, прежде чем отправиться жить на землю, так?

– Что? – Не сразу поняла ее Ксения, отрешенно думая о своем. – Ах, это… да, да… странно, что ты запомнила это, Нора.

– Потом ты говорила также о реинкарнации и о том, что грешная душа, та, которой далеко до духовного совершенства, придет, скорее всего к матери-одиночке из Урюпинска или в семью алкоголиков и что в порядочные, высокоинтеллигентные с материальным достатком семь вроде нашей или Игоревой приходят дети с душой из более высоких уровней, что им не приходится в жизни переносить столь много лишений. Так ведь Аннушка наша пришла к нам, именно к нам, то почему же у нее все должно быть плохо?

– Потому что она пришла сюда к нам, Ветковским, по ошибке, понимаешь? Или же она вообще не должна была приходить! Или для того, чтобы своим исчезновением проверить нас всех на прочность.

– Да нет никакой реинкарнации, – сказала Элеонора, – церковь против этого.