Золотой пленник

– Убей его, Зигфрид, он пытается обмануть нас! – взвыла Юлия и затряслась всем своим морщинистым телом. Теперь она выглядела как труп.

– Заткнись! – оборвал ее Карцеп. – Мы не можем допустить ошибки, разве ты не понимаешь? – И, обращаясь к Питеру, продолжил: – Я все про тебя узнал, твой дядя – Нух Земанис, богатейший человек Гудбурга! Разве не так?

– Так, хозяин, только я не из Земанисов, меня зовут Питер Фонтен, мой отец был садовником в доме мэра города Недда, все население которого вымерло от неизвестного поветрия.

Выпалив все единым духом, Питер с замиранием сердца стал ждать вердикта мессира Карцепа.

– Он не лжет, – произнес хозяин спустя мгновение. – Я это вижу. – И, подойдя к несостоявшейся жертве, перерезал ятаганом путы, коротко бросив: – Пошел прочь.

Уговаривать Питера не было нужды, он подхватил одежду и босой побежал наверх по ступеням, пока хватало света факелов, потом пробирался на ощупь.

Толкнул входную дверь и оказался на воздухе, не веря, что снова может им дышать.

Сев на ступени крыльца, Питер дрожащими руками натянул одежду и босым вернулся в домик.

– Ты вернулся? – удивился Мургаб.

– Как видишь.

Питер прошел в свою комнату и сел на лавку. Только сейчас он стал осмысливать то, что видел, будто снова слышал крики бесновавшейся Юлии:

– Это ты виноват – где нам теперь взять другую жертву?! Я старею, посмотри – я опять старею!

– Не ори на меня, я куплю другого раба или украду торговца в городе.

25

Новый день после бессонной ночи начался неожиданно. Услышав в коридоре шум, Питер подпрыгнул на кровати – он не заметил, как заснул под утро после изнурительного ночного бдения.

Хозяин ударил в дверь кулаком, и та распахнулась. Питер был уже на ногах и широко раскрытыми глазами смотрел на мессира Карцепа.

– Собирайся!

– Я уже готов.

Карцеп зло дернул головой и вышел, Питер поспешил за ним, на ходу подвязывая башмаки.

Не оборачиваясь, хозяин быстро прошел через весь двор, толкнул створку ворот, и они оказались на улице, где Мургаб держал под уздцы лошадь.

Вскочив в седло, Карцеп крикнул:

– Не отставать!

И принялся нахлестывать лошадь плетью.