Фантазии феи

В комнату вошла пожилая пара.

– Привет, Кит, дорогая! – воскликнула она.

Алекс не ожидал такого поворота событий. Он удивленно смотрел на прибывших и моргал.

«Что за дурацкое слово!» – думал Алекс. Так его еще никто не называл.

– Привет, тетушка Дорен, – ответила Кит.

«Ее тетя?!» – удивленно подумал Алекс.

– Мальчики рассказали нам, что случилось, и мы с Фрэнком решили заглянуть, узнать, не нужна ли помощь. Например, мой муж, – она повернулась к седому старичку лет семидесяти, – сварщик. Знает свое дело.

Алекс усмехнулся – кому нужен сварщик, когда тут дом разваливается?

Фрэнк подошел ближе и протянул Алексу руку, и тот, несмотря на скептицизм, горячо пожал ее.

– Алекс Холлем, очень приятно, – произнес он и взглянул на Кит, которая еле держалась на ногах, казалось, она сейчас упадет в обморок.

– Вы нас извините, но у Кит высокая температура и нам нужно ехать в больницу, – произнес Алекс и добавил: – А с этим, – он указал на беспорядок, – мы разберемся позже.

– Езжайте, езжайте.

Алекс не хотел оставлять этих двоих в доме – стены полностью прогнили, и что-нибудь еще могло обвалиться. Это было опасно.

– Не волнуйтесь, мы закроем дверь перед уходом, – пообещал Фрэнк, хотя какая уж тут дверь, когда в стене зияла дыра.

Алекс взглянул на Кит, которой, очевидно, было глубоко наплевать на происходящее. Не раздумывая, Алекс взял ее под руку и повел к машине.

– Я так рада, что твой молодой человек все-таки приехал, – прошептала ей тетушка, когда они проходили мимо.

– Но он не…

– Молодой, – быстро закончил за нее Алекс.

В больнице Алекс проводил Кит в кабинет врача. Она не сопротивлялась, но он понимал, что ее покорность вызвана скорее плохим самочувствием, а не доверием и прощением.

Алекс нервничал и ходил из угла в угол, тем самым раздражая присутствующих. Доктор вскоре не выдержал, нахмурился и указал ему на кресло у стены. Алекс сел, но все равно чувствовал себя некомфортно. Ему требовалось немало усилий, чтобы сдерживаться и не ерзать.

По мнению Алекса, врач выглядел как выпускник и совершенно не внушал доверия.

– Алекс, успокойся, – проворчала Кит.

Успокоиться? Да как же он мог успокоиться, когда она была белая как полотно?! И как он мог так бесцеремонно прийти к ней в дом, требовать ее возвращения на работу только ради собственного успокоения? Какое он имел право решать, что для нее лучше? Своим поведением он только усугубил положение.