Самолет без нее

И решил, что будет действовать сам – твердо и последовательно, как привык при руководстве фирмой.

Один. Повинуясь инстинкту.

17 февраля 1981 года он снял телефонную трубку – ему все же хватило ума не доверять дело секретарю – и договорился с Витралями о встрече, которую назначил на следующее утро. Точнее говоря, с Пьером Витралем. Еще одна грубая ошибка с его стороны. Впоследствии Николь мне обо всем рассказала. Во всех подробностях. Не скрывая ликования.

Утром следующего дня обитатели улицы Пошоль в Дьеппе с изумлением наблюдали, как перед калиткой Витралей тормозит «мерседес», чей корпус был едва ли не длиннее, чем фасад скромного строения.

Карикатура.

– Месье Витраль! Могу я поговорить с вами наедине?

Пьер Витраль колебался. Зато его жена – ни капли. В сущности, вопрос был адресован именно ей. И она не задержалась с ответом:

– Нет, месье де Карвиль, не можете.

Николь Витраль прижимала к груди маленького Марка.

– Видите ли, месье де Карвиль, – продолжила она, – даже если я уйду на кухню, я все равно все услышу. У нас довольно тесно. И даже если я уйду к соседям, я все равно все услышу. Такие уж у нас стены. Здесь всегда все слышно. У нас не бывает секретов от соседей. Возможно, потому, что у нас не любят секретов.

Марк захныкал на руках у бабушки. Она опустилась на стул, посадив его на колени и всем своим видом показывая, что не собирается уходить.

На Леонса де Карвиля ее тирада словно не произвела никакого впечатления.

– Как вам будет угодно, – с улыбкой базарного зазывалы произнес он. – В любом случае это ненадолго. Постараюсь изложить вам свое предложение буквально в нескольких словах.

Он сделал пару шагов по комнате, бросил беглый взгляд на стоящий в углу телевизор, где шел американский сериал. Гостиная была крошечная, не больше двенадцати квадратных метров, заставленная оранжевой пластиковой мебелью, модной в шестидесятые-семидесятые. Карвиль остановился на расстоянии меньше двух метров от Витралей.

– Месье Витраль, давайте говорить откровенно. Никто никогда не узнает, чей именно ребенок выжил в катастрофе. Кто эта девочка? Лиза-Роза или Эмили? Никаких вещественных доказательств не существует, и вы всегда будете считать, что это Эмили, так же как я буду верить, что спаслась Лиза-Роза. Что бы ни случилось, мы с вами будем стоять каждый на своем. Это нормально.

До сих пор Витрали были с ним согласны.