Хлеб, любовь и небеса

На следующий день они работали с Ксенией. У Сони был выходной. Ксения просто горела от нетерпения поговорить.

– Ну, Ида, как дела на любовных фронтах?

– Убитых и раненых нет, несмотря на обстрелы. Оборона держится, крепость не сдаётся, – в тон ей ответила Идаира, и деланно возмутилась: – Ксеня, ну и слова у тебя! Ну как можно так-то, о любви!

– А в любви, как в бою – все средства хороши. Главное – кучность и вера в победу! – с задором заявила Ксения. – Ну, рассказывай, рассказывай! Как там принц финансовый?

Идаира рассказала, что сходила ещё раз в ресторан, что он подарил цветы, но нового задания она пока от него не получила.

– Ида, какие, в дупло их, задания? Ты о чём вообще думаешь? – с недоумением горячо возмутилась Ксения. И не сбавляя напора, продолжила: – Рестораны, цветы – это же классика! А ты его всё разговорами да разговорами кормишь. В таких случаях знаешь, что надо делать? Уже в машине приковать его наручниками к рулю.

Идаира представила эту картину, рассмеялась.

– Ну, это какой же артисткой надо быть!

– И ты смогла бы, – убеждённо сказала Ксения. – Когда тебе надо, ты всё можешь. Да только почему-то сейчас не хочешь. Ида, чего ты тормозишь? Тебе вселенная такого мужика подкинула! А ты … Не узнаю тебя.

– Да нет, – Идаира не могла подобрать слова. – Я ещё не могу в себе разобраться. Этот Никонов, он как-то внезапно появился в моей жизни. Не готова, что ли, я, к такому повороту событий.

– Вот, такая ты. Вся из себя фря мудрёная. К тебе принц в золотой карете, а ты: «Нет, я не такая, я жду трамвая!»

– Ладно, Ксень, поживём, увидим. Трамвай или карета.

Уже сидя за чаем, они продолжили разговаривать. Ксения любила поболтать.

– Знаешь, Ида, вот иногда мне хочется быть женщиной-преженщиной. Надеть шелковое, в пол, струящееся платье, пахнуть дорогими духами, сверкать бриллиантами в ушах. И где-нибудь в дорогом магазине, прохаживаясь между шубами, прошептать своему мужчине: «Милый, а вот эта модель мне очень нравится». А иногда я представляю себя в большом кабинете.