Хлеб, любовь и небеса

Ещё немного поговорив, Идаира решила, что уже достаточно посидели.

– Наверное, уже пора, – сказала она. – Спасибо, Владислав, за сегодняшний вечер и великолепный ужин. Было интересно с вами говорить.

– Знали бы вы, как мне было интересно! Это вам спасибо!

Они вышли из ресторана, Владислав повёз её домой. Когда машина остановилась возле дома Идаиры, он, слегка смущаясь, спросил:

– Ирина, извините за наглость, чашкой дежурного вечернего чая не угостите?

– Извиняю. И вы меня извините, но уже поздно. Да и сын уже спит, наверное.

– Ах, да, – замялся Владислав. – Я и забыл, что вы с сыном живёте.

– Вы не могли этого забыть, потому что я вам не говорила, что у меня есть сын, – возразила Идаира. – А, кстати, откуда вы знаете? – удивилась она.

– Ну, я же говорил, что я коварен, – улыбнулся Владислав. – Ирина, вы меня простите, это мне сказала Зина. Я спросил, она ответила, – он виновато посмотрел на Идаиру.

– Хм, – Идаире было и приятно, но и неожиданно, узнать это. – А у вас есть дети? – поинтересовалась она.

– Да, у меня есть дочь, – просто ответил Владислав. – Она уже давно живёт со своей мамой и её новым мужем за границей. Я давно её не видел, созваниваемся иногда, – проговорил он ровным голосом.

– Простите. Я не знала, – Идаира смешалась. – Наверное, скучаете по ней?

– Да как-то уже привык жить один. А она, боюсь, привыкла без меня, – ответил он тем же ровным голосом.

Идаира не знала, что говорить в таких случаях. Расспрашивать не входило в правила Идаиры.

– Да, жизнь она такая, – она запнулась, – разнообразная. Спасибо, Владислав, ещё раз за всё. Я готова выполнить для вас работу. Звоните.

– Позвоню обязательно.

Идаира забрала цветы с сидения, вышла из машины и направилась в дом. Машина Владислава отъехала.

По обыкновению, уже лёжа в постели, Идаира думала о том, что происходит сейчас в её жизни, что может случиться потом. Она удивилась, что больше и больше думает о Никонове, чем о Саше. Мысли о Владиславе, будто постепенно вытесняли из её головы образ Саши.

А кто такой этот Никонов? Сегодня он показался ей не таким уж недоступным чужаком из другого мира. Она даже улыбнулась в темноте, вспомнив его обескураженное лицо, когда она разразилась тирадой про цветы.