Хлеб, любовь и небеса

Но тем не менее, как бы она не оценивала, какие бы чувства не испытывала к своим отношениям с сестрой, Майя, по общепринятым представлениям, жила более успешной жизнью, и значит у неё можно было чему-то научиться. Также были тёплые воспоминания детства, когда Майя, как старшая сестра, действительно, опекала и во многом помогала своей сестрёнке. Они были очень дружны в детстве.

Поднявшись в лифте на нужный этаж, Идаира привычно направилась к двери квартиры сестры. Майя открыла быстро, как только зазвучал мелодичный сигнал.

Вопрос был написан у неё на лице.

– Здравствуй, Идочка! Что случилось-то? У тебя такой тусклый голос был, когда ты мне позвонила.

Идаира уже решила, что не будет рассказывать, как именно у неё украли кошелёк. Обычно ведь карманники действуют незаметно для тех, кто становится их жертвами.

– Кошелёк у меня украли. Сегодня в автобусе, утром, – только и сказала она.

Майя округлила глаза, и лицо у неё стало даже сочувствующим. Она обняла сестру. Неприятность, случившаяся с близким ей человеком, возможно, вызвало у неё искреннее сострадание.

Идаире даже стало неловко, что она так расстроила сестру. И она сказала Майе:

– Неприятно, конечно. Но это ведь не самое страшное, что может произойти, правда?

Майя, поняв, что Идаира, как всегда, стойко переносит и это злоключение, начала её утешать:

– Ах, да не расстраивайся! Ну, украли, бывает. Много денег-то было? – Потом, помедлив, добавила: – Впрочем, откуда они у тебя…

Идаира промолчала. Уколоть кого-то, у сестры было даже не частью поведения, а, скорее, привычкой.

Майя так разговаривала и с Денисом – мужем. Как-то общий семейный друг принёс им фрукты со своего сада. Со словами «Вот, Майя, твои любимые», он поставил корзину с крупными зелёными яблоками. На замечание Дениса «У вас там ещё какие-то красные яблоки растут», Майя капризным тоном бросила ему: «Вот! Даже чужие мужчины знают, какие яблоки я люблю! А ты – нет». Денис мирился с таким характером жены.

– Ты хоть вора запомнила, чтобы снова не попасться? – спросила Майя, демонстрируя участливое сопереживание.

– Ну как уж запомнишь? Я даже не заметила. Почувствовала, правда, что сзади ко мне кто-то прижался. Я подумала, что из-за давки. Когда из автобуса вышла, увидела, что сумка у меня расстёгнута. Ну, ты же знаешь, как действуют эти карманники. Или сумочники, как их там. Я даже в полицию не обращалась. Когда я проверила, на месте ли деньги, автобус был уже далеко. Денег там было, конечно, не бог весть сколько.